Книга Бесконечная песнь, страница 16 – Джули Кагава

— Мало, – ответила я еще более настороженно.

Я смерила Шакала пристальным взглядом, а он в ответ улыбнулся подозрительно невинной улыбкой.

— Не надо толкать мне всякую фигню про семью и кровные узы. Ты бы бросил нас на растерзание бешеным, если бы решил, что это тебе будет выгодно, ты сам так говорил. – Шакал фыркнул, но отрицать ничего не стал, и я прищурилась: – Зачем я тебе на самом деле?

— Затем, моя тупоголовая сестрица, – вздохнул Шакал, – что я тебе доверяю.

От неожиданности я едва не споткнулась. Не веря своим ушам, я уставилась на Шакала, а он посмотрел на меня в ответ. Вид у него был такой, словно ему требовалось побыстрее разобраться с крайне неприятным делом.

— Потому что я знаю, что ты, по крайней мере, не обратишься против меня, если подвернется что-то получше, – выдавил он из себя. – Потому что тебе присуща эта отвратительная верность, из-за которой ты постоянно попадаешь в неприятности. И еще потому что ты недурственно дерешься. – Его лицо выражало что-то среднее между надменностью и жалостью. – Думаю, я буду практичным, рассудительным умником, а ты – хорошенькой гиперэмоциональной сорвиголовой, и из нас двоих выйдет идеальная команда.

— Так ты хочешь заполучить меня на свою сторону потому, что я умею сражаться, и потому, что не пойду против тебя. – Мой голос горьким эхом отдался у меня в голове. – Весьма любезное предложение с твоей стороны. И не могу не отметить, что ты мне никаких гарантий верности не предоставляешь.

Шакал пожал плечами.

— Смотри на это так, сестра, – сказал он, его устремленные на меня золотистые глаза, казалось, видели слишком много, – ты хотя бы не будешь одна.

От этих слов я содрогнулась. Одна. Я снова буду одна. Когда все это закончится, даже если мы победим Саррена, я вернусь к тому, с чего начала той ночью, когда мы с Кэнином бежали из Нью-Ковингтона и разделились. Вернуться в город я не могла, но и что делать дальше – не представляла. Без господина, без друзей и без цели я бессмысленно блуждала по пустому безжалостному миру, не зная, что делать и куда направиться. Я даже не понимала, насколько я одинока, пока не наткнулась на кучку пилигримов, ищущих мифический рай. Так у меня появились цель и смысл существования. Я пожертвовала всем, чтобы помочь им добраться до Эдема… но теперь их со мной не было. И когда мы убьем Саррена, я вернусь в исходную точку. Кэнин уйдет, и я снова останусь одна, буду скитаться по свету. Если только не приму предложение Шакала.

— Не знаю, – сказала я, вызвав у Шакала очередной вздох. – Я… подумаю над этим.

— Думай быстрее, – ответил Шакал, но тут Кэнин остановился посреди дороги, уставившись на что-то у себя под ногами. Нам стало любопытно, мы перепрыгнули через упавший ствол и подошли к нему. Мы продвигались по узкой извилистой тропе через лес, который изо всех сил старался поглотить все, что встречалось нам на пути: от тех нескольких домов, что я разглядела сквозь толстые деревья, остались лишь гнилые, увитые вьющимися растениями балки. Ничто здесь не шевелилось, и даже животные, похоже, уснули или впали в спячку, а снег покрывал все вокруг бесшумным покрывалом, заглушая любой звук. Я надеялась, что Кэнин знал, что делает, когда повел нас в эту глушь.

Кэнин так и стоял неподвижно, но теперь уже смотрел куда-то сквозь деревья. Поглядев на дорогу, я поняла, что его остановило.