Книга Повелитель Стихий. Том 4, страница 110 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

Покосился на паренька, ожидая расстройства. Но он смотрел на таблицу результатов, беззвучно шевеля губами, и, кажется, боялся моргнуть. Там только что зажглась его строка.

Дальше всё кончилось быстро. Громадина без спешки затоптала оставшихся, вспыхнула последняя строка, и смотр завершился. Её хозяин принимал поздравления так буднично, словно иного и не ждал.

Я нашёл глазами итог. Ралис занял седьмое место и выбил восемь противников.

Пробежал столбец ещё раз, сверху вниз. По числу выбитых мы были на третьем месте — выше нас стояли только громадина и длиннорукий. Наш результат был неплох для ходока, который вчера передвигался боком. Но главное, что большую часть этих побед, принесли мои ночные посиделки у ванны, а не воля — меньше вопросов возникнет у зрителей.

Ближние ряды зааплодировали. Сначала хлопали неуверенно, вразнобой, потом в полную силу. На Ралиса оборачивались; какой-то грузный эларий протолкался из первого ряда и хлопнул его по плечу, едва не свалив с ног. Ещё утром, по дороге сюда, этому пацану не отвечали на приветствия. Теперь его окликали по имени.

На помосте седой наклонился к сухощавому и что-то произнёс, не отрывая глаз от плиты.

— Я седьмой… — Ралис вцепился в край борта. — Мастер, я седьмой…

— Поздравляю.

— Еще и восемь выбитых… — пацан никак не мог оторваться от экрана. — Это очень много!

— Дыши давай, а то до награждения не доживёшь.

Ралис послушно вдохнул, выдохнул и снова уставился на плиту. Похоже, седьмая строка сверху нравилась ему больше всего, что он видел в жизни.

Про себя я думал другое. Источник смерти нам не светит, но вот кристаллов, компонентов и прочих ценностей, надеюсь, набежало прилично.

— Я, наверное, пойду ближе к центру, награждение же будет… — Ралис тараторил, пока мы пробирались сквозь толпу. На него продолжали оглядываться, и от каждого взгляда он становился на палец выше.

— Половину не забудь отдать.

— Да помню я! Мастер, я же теперь в десятке… — пацан запнулся, не нашёл слов для своего нового положения и просто просиял.

Мы уже почти добрались до ложи, где восседало большинство так называемых мастеров смерти, как по сопряжению пробежала знакомая дрожь, тут же погашенная четвертой нитью воли. Высшие приближались.

Их было несколько. И шли они не мимо. А ровно к нам.

Навстречу, сквозь толпу к нам направлялись трое элариев с помоста. Перед ними расступались сами, без единого слова. Я узнал седого с жезлом и сухощавого в тёмном плаще, чьи лекции раздавали как награду. Третьим шёл кряжистый, которого я на помосте даже не разглядывал. За спинами у нас пополз шёпот.

— К нам идут мастера смерти… — благоговения в голосе Ралиса было больше, чем воздуха.

Как я понял, это звание относилось сугубо к этому городу. Так здесь называли способных единенных со смертью, преуспевших в ремесле.

Ралис вытянулся в струнку и одёрнул плащ. Понятно, он решил, что идут к нему. Вот только его восторга я не разделял — почему тогда эти же эларии пропустили первых шестерых финалистов?

Очевидно, что важных шишек заинтересовал совсем не глупый юнец.

Так и оказалось. Мастера прошли мимо него, даже не замедляясь.

Плечи у Ралиса медленно опустились.

Все трое остановились передо мной. Давления Высших я не ощущал — ни один даже не потянулся силой, начало было с мирной ноты.