Книга Повелитель Стихий. Том 4, страница 85 – Ярослав Сай, Ленивая Панда

Правда, имелась загвоздка. Письмо есть, адресата нет. Кто нынче глава дома Вейр, жив ли этот дом вообще и в какой стороне его искать, я представлял примерно никак. Зато плата, вот она, прямо тут. Удобно устроились, господин Фальк — доставка без адреса, оплата вперёд.

Врать старику, который вот-вот заплатит, я не стал.

— Я возьму письмо, — сказал я. — Но скажу честно. Давно скрываюсь и не знаю, где теперь дом и кто его возглавляет. Обещаю одно. Если найду, кому его передать, передам в руки. До тех пор оно будет при мне, а не в тайнике.

— Этого достаточно, — Тэлмир наклонил голову.

Я и ответить не успел.

В сопряжение хлынуло тепло. Мягкое, густое, оно широким потоком падало в озеро силы. Вода поднималась, берега поддавались и отползали, а цвета становились будто бы глубже. Но не успел я распробовать ощущение как следует, а поток уже оборвался, в то время как силуэт Тэлмира слегка побледнел.

— Всё, — сказал он. — Больше отдать не могу.

Нырнув внутрь, к сопряжению, я увидел широкое озеро с обновленными берегами. Деревья стихий отодвигались вместе с ростом водоема, так что сила не заливала стволы. Но меня волновало однозначно не это.

Шестая ступень.

За один разговор. Озеро раздалось едва ли не вдвое. Жаль только, поток оборвался на самом вкусном месте. Да и жалеть тут стоило скорее Тэлмира, чей голос под конец звучал заметно тише. Торговаться за добавку я даже не пытался. Грех жаловаться старику, который только что заплатил ступень единения за согласие подержать у себя конверт.

Внезапно темнота вокруг дрогнула и начала исчезать. Солнце ударило по глазам, под подошвами снова появилась дорожка, а впереди белела беседка со статуей. По ощущениям, снаружи прошла пара секунд, не больше. Первым делом я вернул нить воли на белую точку в сопряжении.

— Письмо.

Голос прозвучал рядом, уже обычный, из воздуха. Справа от меня стояло марево, едва заметное на солнце, как дрожь над раскалённым камнем, и в этой дрожи угадывался чей-то силуэт.

Спустя мгновение прямо в воздухе материализовался небольшой футляр, который упал мне в руки. Запечатан он был тёмным сургучом с оттиском распахнутого крыла. Печать дома Аэрин, надо полагать. Трогать её я не собирался, письмо не моё, любопытство перетопчется. Футляр отправился в пространственное кольцо, к рудам и кисету.

— Пойдём, — марево качнулось в сторону дорожки. — Покажу то немногое, что осталось от города. Думаю, тебе кое-что приглянется.

Пошли мы неспешно, как и подобает со стариком, пусть даже бесплотным. По дороге Тэлмир кивал на уцелевшее, на белую ротонду над заросшим прудом да длинное низкое здание, где, по его словам, соседи со всей улицы собирались за вечерним столом. Говорил он спокойно, по-хозяйски, словно стол накроют уже к вечеру. Слушать такое, глядя на пустые окна, было странновато.

Парк кончился быстро, и за последними деревьями дорожка вывела на открытое пространство. Там я увидел город, точнее, то место, где он теперь обрывался.

Вперёд рядами тянулись фундаменты и обломки колонн, обрываясь на одной линии, чистым срезом. За срезом ничего: пустота, облака да торчащие из края острова ломаные плиты.

— Десятая часть, — сказал Тэлмир. — Столько осталось от Эйлантара. Уцелел лишь парк да несколько построек. Остальное ушло вниз.