Книга Обреченный венец, страница 51 – Елизавета Дворецкая

— А и правда, Марюшечка-милушечка! – подхватила Лаля. – Ты спроси батюшку: может, он Апраксю отдаст, а ты с нами останешься!

— Спрошу… – ответила было Мария, но нахмурилась.

За эти дни она разглядела Романа: он был не так стар, не так болен, не так дурен, как ей представлялось, пока он лежал в порубе. По годам не совсем ровня ей, старше, но в отцы не годится, как у других бывало. Волосы и борода не черные, а темно-русые, и зря бабы лгали, будто на половчина похож. Столом отцовским уже владеет, дожидаться не придется. Родятся у него сыновья и тоже стол получат – может, плечеевский, может, еще какой. Поначалу Мария было с надеждой подумала, что Апракса согласится ее заменить, но тут же явилось возмущение: а что это меньшая сестра вперед большей хочет жениха хорошего ухватить? Эта перемена мысли самой Марии показалась такой чудной, что высказать ее вслух она не решилась.

На Тихона Утешителя^[35] от городских ворот передали: прибыл плечеевский боярин Иерофей с отроками. Новость эта мгновенно взбудоражила весь город, весь княжий двор; Роман переменился в лице, хотя постарался сохранить невозмутимость. Старый кормилец был дорог ему сам по себе – отца, князя Глеба, он помнил еле-еле, и Иерофей давал ему мужское воспитание. Но сейчас старый боярин был поистине вестником судьбы, воли божьей. Под венец решила благословить старшего внука непреклонная Феофания или под куколь? За прошедшие дни Роман утвердился в собственном решении и даже готов был пойти наперекор бабке, но все же лучше было сохранить согласие с нею.

В этот раз боярин был пропущен в город беспрепятственно, отроки Святослава проводили его к господину. Святослав сидел на престоле, по левую руку от него выстроились нарядные женщины – Варвара со всеми четырьмя дочерьми, по правую – Роман и кое-кто из здешних бояр. Дочери не простили бы отцу, если бы он не позволил им увидеть плечеевского боярина и послушать, как пойдет разговор. Введенный в престольную палату, Иерофей сразу увидел их, словно яркие райские цветы: Варвара в платье брусничного шелка, две старшие дочери – в красном разных оттенков, две младшие – в желтом и розовом. Очелья расшиты золочеными дробницами с тисненым узором, с самоцветными камешками. Золотое и серебряное шитье, жемчуг, самоцветы, эмалевые ряски так блестели при солнечном свете, обрамляя румяные лица, что больно глазам. Только ими можно было бы любоваться весь день. Иерофей окинул женщин жадным взглядом, выбрал двух самых взрослых девушек и бегло осмотрел их. Он пока не знал, где какая, но понимал: одна из них – будущая госпожа земли Плечеевской. Взгляд его привлекла Мария: чуть ниже ростом, чем Апракса, та была как драгоценный перстень в золотом ларце, и на лице ее сияло истинно княжеское величие. Такой княгине, пожалуй, Плечеев будет рад.

Лишь после этого Иерофей взглянул на другую сторону престола и увидел Романа. Черты его обмякли от облегчения: князь был по виду здоров и вполне доволен, только опирался на посох.

Пошли приветствия; кланяясь Роману, Иерофей был так взволнован, что тот шагнул навстречу и дал себя обнять.

— Куда вас посадить, гости дорогие, именитые? – с намеком спросил Святослав.

— Куда тебе будет угодно, хозяин ласковый, – с пониманием ответил Иерофей. – А хотелось бы нам сесть под матицу.