Книга Школа Шрёдингера, страница 44 – Андрей Жвалевский, Евгения Пастернак, Дина Сабитова, и др.

Роман Анатольевич шмыгнул носом и повторил Лидочкин вопрос:

— Ты как это сделал вообще, Альметов?

Игорек сморщился:

— Да фиг его знает. Это же квантовая запутанность. Щелкнул пальцами, и… – он собрался было показать, но физик схватил его за руку.

— А коробка с выключателем? А котята?

Игорек пожал плечами и произнес четвертую самую длинную речь с начала года:

— Котята – потому что все любят котят. А выключатель – для драматического эффекта.

Все случилось из-за дня самоуправления. Если бы не он, я бы не оказался в тройке с Ульяной и Кирей и ничего бы не было.

Практическая работа по истории у нас всегда по пятницам, будь в мире хоть потоп, хоть взрыв сверхновой.

В ту сентябрьскую пятницу мы толклись вокруг кабинета Зои Витальевны как всегда: Ульяна и ее кружок – на трехкамерных пуфах, Киря со своими пацанами – в виртуальной бильярдной, все остальные – как и где придется. Мы с Серым и Игоряном наскоро прогоняли перед глазами методичку, проверяя друг у друга портрет школьника конца ХХ века.

— Нормально, Серый?

— Годится, Игорян.

После теплового сигнала дверь растворилась в воздухе, и за ней обнаружилась курносая блондинка из десятого. Вокруг ее головы порхала табличка с именем: «Анжела». Буквы в стразиках. Тьфу.

Изображение Зои Витальевны висело над стразиковой Анжелой мрачным зеленым облачком. Это означало, что ЗВ раздражена.

— Здравствуйте, учащиеся, – сказала курносая равнодушным голосом. – Сегодня, в день самоуправления, я провожу урок истории в вашем э… – она замялась, считывая данные с чипа, – седьмом «А». Надеюсь, вы готовы к практической работе. Цель – сбор фольклорного, антропологического материала на изучаемом отрезке времени. Задача – участие в школьном походе с реальными населенцами конца ХХ века, в просторечье – двадцатниками. Вводные данные: Подмосковье, Сухой Лог, 1987 год. Наша легенда – школьники из соседнего района. Язык общения – русский…

— А то мы не знаем, – презрительно бросила Ульяна. – Вот зануда. Сейчас еще про форму одежды скажет.

— …Форма одежды – походная, в соответствии со стандартом времени. Допустимые приборы – часы, компас, фотоаппарат. Попрошу выложить подготовленные образцы экипировки. Напоминаю: каждый недостоверный предмет может затруднить переброс, как и изделия из железа, которые рекомендуется свести к минимуму.

Все зашевелились, отправляя в облако прототипы. Анжела безразлично улыбалась, ЗВ удовлетворенно кивала, просматривая наши заготовки. В блестящих кабинах историобилей все это окажется надетым на нас, упакованным в карманы и рюкзаки. Я составил крепкий достоверный комплект: брюки хлопчатобумажные подростковые, кеды «Два мяча», ковбойка, кепка.

— Носки трикотажные бирюзовые, производство ГДР, – бесстрастно изрекла Анжела, глядя на мой прототип. – Наличие предмета на заданном отрезке времени возможно, но сомнительно.

Вот южанка, в обувь заглядывает! Я поплелся утверждать носки в очередь к облачку ЗВ, теперь нервно-желтому. Поглядывал, как там мои парни.

Их Анжела допустила моментально, и они бешено махали мне от яйцеобразной кабины историобиля. Но что я мог сделать? Без одобрения ЗВ практическая для меня не начнется.

Увидев прототип Ульяны, роботообразная Анжела изменилась в лице.