Книга Варварская Мексика. Леваки и феминистки против бандитов, страница 52 – Лаура Кастелланос

Комиссар Фабиола Аланис утверждает, что реакция феминистского движения была ключевой: «Потому что многие из нас сказали: „Мы этого не хотим“. Вот результат: губернатором стала женщина, с подавляющим большинством голосов. И теперь под прицелом находятся все, кто претендует на занятие выборной должности».

Главе Национальной комиссии по предупреждению и искоренению насилия в отношении женщин напоминают, что отмена была решена не в Морене, а в Национальном избирательном институте.

«Это был Национальный избирательный институт, да, но это прецедент с иной аргументацией. И вот она, Эвелин [Сальгадо Пинеда], прекрасная коллега и большой прогресс для Герреро – иметь эту воительницу. Мне не нравится называть её „Торита“. Не нужно её стигматизировать», – утверждает она.

Малу Мичер присоединяется к поддержке губернатора. Она считает, что той придётся отделиться от своего статуса дочери сенатора и построить собственную политическую личность. Но подчёркивает, что это глава штата, которая сформировалась в движении четвёртой трансформации, и что её назначение было хорошим выходом для сохранения преемственности проекта, который олицетворял отец.

«Президент сказал: это проблема, которую не все знают, но если есть требование, нужно слушать. И делать нечего, пришлось слушать», – резюмирует она, оценивая отмену кандидатуры.

Вновь уточняя, что это решил Национальный избирательный институт, сенатор от Морены откровенничает: «Из-за девятнадцати тысяч песо? Ты серьёзно?»

Именно эту сумму Сальгадо Македонио не подтвердил перед избирательным органом; упущение было наказано снятием его регистрации.

Малу Мичер делится: «Нет. Я думаю, что помимо решения Национального избирательного института, произошло осознание. Да, штраф ударил по нам очень сильно, как ударил по Мичоакану: два кандидата выбыли из гонки. Ох, на башню. Но меня радует то решение, которое нашлось: Эвелин очень трудолюбива, и Феликс не отказывается от своего дела и своего штата. И если это было правдой [обвинение в изнасиловании], урок усвоен. А если было ложью, урок усвоен. Их патриархат кончился».

Надин Гасман извлекает мораль: «Ценой высокой платы удалось, чтобы он не стал кандидатом. Потому что это имело последствия для женщин, для феминисток, в Мехико, в разгар очень успешных выборов, и с таким шумом. Но в конце концов закон восторжествовал».

Я настаиваю, теперь уже с президентом Национального института женщин, что в этом выходе не было обсуждения с женской точки зрения, а был административный вопрос.

«Не важно, из-за чего. Что касается будущего, мы продвинулись, и очень сильно», – торжествует Надин Гасман.

Но итог этого эпизода остаётся открытым для противоположных и противоречивых оценок.

Так, в ночь отставки Сантьяго Ньето с поста главы Подразделения финансовой разведки 8 ноября, после его свадьбы с советником избирательной комиссии Карлой Хамфри Джордан в отеле в Антигуа-Гватемале, твит сенатора Сальгадо Македонио приветствовал неловкую ситуацию: «Та, что меня сняла, унесла его с собой под ноги. Счастливого медового месяца, и да здравствует любовь! Пал один апостол, вошёл другой. Бог велик!»

Эта анекдотическая цифровая вендетта сенатора от Морены против видного члена Национального избирательного института добавляется к сказке о коварных женщинах, возникшей в процессе оспаривания его кандидатуры.