Книга Реакционный манифест. Поваренная книга имперца, страница 70 – Ярвин Кёртис

Неолиберализм в Центральной Америке

Никарагуа, Сальвадор и Гватемала вступили в 1990-е годы с обществами и экономиками, разрушенными войной. Большая часть ущерба была причинена Соединенными Штатами и их военной «помощью» силам, которые уничтожили инфраструктуру, услуги и средства к существованию. Вместо масштабных репараций, необходимых для восстановления, страны получили структурную перестройку и неолиберализм.

Термин «неолиберализм» относится к политической, экономической и социальной философии, а также набору политик, которые прямо противостояли революционным целям 1980-х годов. В экономической сфере неолиберализм призывал к приватизации, дерегуляции, сокращению государственных расходов и социальных услуг, мерам жесткой экономии и приглашению иностранного капитала. Целью государства было обеспечение оптимальных условий для инвесторов, а не социальное обеспечение или социальная справедливость. Индивиды, конкурирующие на рынке, а не социальная солидарность, выдвигались в качестве основы социальной организации.

Неправительственные организации устремились заполнить пробелы, оставленные государством, с помощью крупных и малых проектов экономического развития. Развитие под руководством НПО стало предпочтительным решением для правительств, которые были обедневшими, находились во власти международных экономических сил и правил, навязанных кредитными учреждениями, и придерживались политики жесткой экономии. Но проекты НПО могли быть глубоко недемократичными, реагируя на цели и потребности частных доноров, а не сообществ, и способствуя конкуренции и покровительству.

В политической сфере неолиберализм продвигал децентрализацию, местное самоуправление и развитие формальной демократии. Политическая активность должна была быть направлена в формальные выборы. Инициативы децентрализации предоставили местным органам власти, а также культурным и этническим меньшинствам большее признание и автономию. Но это была «автономия без ресурсов», которая не смогла решить более крупные структуры, которые держали сообщества в маргинализированном положении.

Новые инвестиции должны были стать ключом к экономическому развитию. Чтобы привлечь эти инвестиции, правительства Центральной Америки должны были сохранять низкую заработную плату и низкие налоги. «Благоприятный инвестиционный климат», который они должны были создать, подрывал экологическое и другие виды регулирования деятельности иностранных компаний. Международные кредиты предоставлялись при условии проведения такого рода политических реформ. Популярные организации и протесты против экономической модели часто встречали насилием.

Традиционные экспортные культуры Центральной Америки, особенно кофе, потеряли свое значение. Международное кофейное соглашение 1962 года создало систему квот, чтобы производители кофе могли избежать затоваривания рынка и падения цен. Но Соглашение противоречило фундаментализму свободного рынка, который США теперь насаждали в Латинской Америке. Когда США отказались от своей поддержки в 1989 году, соглашение рухнуло, как и, предсказуемо, цены на кофе.

Некоторые новые сектора официально процветали при неолиберальном режиме: макиладоры, нетрадиционное экспортное сельское хозяйство, туризм, горнодобывающая промышленность и мегапроекты. Их дополняли растущее участие в международной контрабанде, денежные переводы и рост банковского и финансового сектора. Эти легальные, нелегальные и полулегальные формы экономического развития реагировали на глубокие структурные проблемы центральноамериканского общества и способствовали им. Вместе они способствовали неравенству, коррупции, насилию и потоку внешней миграции, последовавшему за окончанием войн.