Книга Прочнее оков, страница 59 – Ольга Куно

От продолжения оживлённой дискуссии нас удержал звонок дверного колокольчика. Я живо представила себе, как Николас проходит в гостиную мимо мужчины с ножом и садится пить чай под перешёптыванием Нэнси с Иветтой и оценивающим взглядом Керсингтона, и мне стало не по себе.

— Стоять! – Я громким шёпотом остановила дворецкого, направившегося в холл, дабы впустить гостя. – Я сама ему открою. Иветта, принеси чайник. И чтобы к тому моменту, как мы придём в гостиную, здесь никого не было!

Тяжело дыша, я шагнула было в сторону двери, но кто-то задержал меня, легонько похлопав по плечу. Я обернулась.

— Туфли! – насмешливо подсказал Альдриг, кивая на мои босые ноги.

Чертыхнувшись, я обулась, остановилась перед зеркалом, чтобы проверить причёску, и уж тогда открыла входную дверь.

Лорд Николас пришёл с большим букетом красных роз, что несомненно являлось прекрасным выбором для первого просмотра живописи. Я выразила восхищение, кликнула Иветту, препоручила цветы ей и провела гостя к столу.

Мы выпили чаю и съели немного торта, но меру лорд Николас, к счастью, знал. Очко в его пользу. Спустя двадцать минут мы вышли из-за стола и направились смотреть картины, прямиком на второй этаж.

Я вошла первой, гость аккуратно – и плотно – прикрыл за собой дверь спальни.

— Ваши розы оказались очень колючими, - пожаловалась я, разглядывая указательный палец (который, разумеется, уколола совершенно умышленно: надо же как-то поддержать интеллигентный разговор).

— Боги, это моя вина! – воскликнул Николас. – Вы позволите?

Я послушно протянула ему руку, и он поднёс пострадавший палец к губам. А мне отчего-то представилось, как рассмеялся бы Альдриг от одной только идеи, что меня мог выбить из равновесия дурацкий розовый шип. Ну, нет, он бы, конечно, не рассмеялся, но мимика у него настолько выразительная, что ирония точно нашла бы выход. Я мотнула головой, смахивая наваждение. Ты здесь с другим мужчиной, Одри, и нечего отвлекаться.

Меж тем мужчина не ограничился указательным пальцем, поцеловал мою руку и, продолжая держать её в своей, спросил:

— Как я могу искупить свою вину?

— Ах, я даже не знаю, лорд Николас! Но искупление представляется мне правильным поступком. Может быть, у вас есть какие-нибудь мысли на этот счёт?

Я как бы невзначай прикусила нижнюю губу и подняла повыше голову. Мужчина мне попался понятливый. Выпустив мою руку, он немедля обнял меня за плечи и поцеловал. Жарко, чувственно, как и положено страстному поклоннику. От него пахло приятным мужским парфюмом. По телу пробежала волна дрожи. Наконец-то! Это сколько же я уже живу по-монашески?

— Леди Одри, вы поразительная женщина! – зашептал Николас мне на ухо. – Я ни о ком не могу думать, кроме вас.

Да, да, я знаю, не ешь, не спишь, бедняжка, аж с самого вчерашнего дня. Мои глаза, как звёзды, а губы, как лепестки роз. Только давай поскорее перейдём от прелюдий к главному. Не на всю же ночь нам здесь задерживаться.

Я улыбнулась, на сей раз отнюдь не скромно, и, взяв его за руку, потянула к кровати. Николас, естественно, охотно последовал за мной. Теперь уже я, встав на цыпочки, обвила руками его шею и прильнула к губам. Меня обхватили крепкие мужские руки. Не отстраняясь друг от друга, мы опустились на край постели. Поговорим о картинах как-нибудь в следующий раз.