Книга Рыцарь, женщина и священник. История брака в средневековой Франции, страница 2 – Жорж Дюби

Обращает на себя внимание то, как Дюби умеет задавать вопросы самым разнообразным своим источникам – а это не только нарративные источники и археологические памятники, но и произведения изобразительного искусства, а также свидетельства живого языка и окружающего как архитектурного, урбанистического, так и природного ландшафта. В центре внимания книги, о которой идет речь, прежде всего – Северная Франция, регион Иль-де-Франс, сердце французской цивилизации. Хронологические рамки очерчены, как и в других его основных трудах, эпохой Высокого Средневековья, главным образом XI–XIII вв.

Ж. Дюби препарирует перипетии брачной стратегии и выходящих за ее рамки сексуальных связей династии Капетингов. Его интересуют очень многие и весьма конкретные вопросы – в частности, когда появляется практика совершения акта бракосочетания непременно в присутствии священника и таким образом власть в этом важнейшем вопросе жизни любого человека христианского мира на западе Европы из семейного круга, из «дома», переходит в руки церковных структур. Далее: взаимоотношения внутри Церкви между епископатом и монашеством. Каким образом именно епископам латинской Церкви удается добиться приоритета и, опять же используя институт брака, путем введения все больших запретов и в миру, и в недрах самой Церкви, добиться введения целибата в конце концов для всего духовенства.

Для этой эпохи особняком стоит вопрос целибата в рыцарской среде. И ответы – весьма конкретные – автор находит в многочисленных источниках, характеризующих жизнь младших сыновей в семьях северных регионов Франции на рубеже XI–XII вв. Молодым людям, т. н. «молодежи», было запрещено вступать в законный брак, что приводит к укрупнению земельных владений старшего сына. Эта практика – майорат – в свою очередь приводит к образованию крупных сеньорий, а затем и сеньориальных округов с большими иммунитетными правами.

Казалось бы, политика целибата должна отрицательно сказываться на деторождаемости, однако брачная мораль того времени, как убедительно показывает Ж. Дюби, положительно оценивала плодовитость и заботу о малых детях. Дети, родившиеся в результате сожительства со служанками, включались в семейную ячейку, таким образом увеличивая число работников, что только укрепляло расширяющееся сеньориальное хозяйство. Интересно отметить: французский историк считает, что распространение этой брачной морали в простом народе происходит даже раньше, чем в среде господствовавшего класса. А что же женщины? Как жена должна была относиться к подобной практике брачных отношений? Сначала молодая девушка, а затем уже замужняя женщина, даже она оказывалась таким образом в тесном окружении, можно сказать, диктата (dictatum) с двух сторон: рыцаря, или, другими словами, мужчины, вооруженного любыми доступными ему средствами, воздействующими на сферу телесности и эмоциональности, и священника, с другой стороны воздействующего как на разум, так и на эмоции женщины. Ж. Дюби неоднократно подчеркивает, что все тексты той поры написаны мужчинами и поэтому фиксация исторической памяти была сделана исключительно с мужской точки зрения.

Женщины той эпохи будут говорить своими словами позднее, но это не значит, что они были бездеятельны: отнюдь, некоторые были весьма деятельны, и особенно одна из них – Алиенора Аквитанская. Королева Франции, затем Англии – настоящая героиня западноевропейской истории XII в., ее двор был одним из крупных центров куртуазной литературы. Теме куртуазной любви и переменам в положении женщин во Франции XII в. Ж. Дюби посвятил специальную статью, предназначенную для публикации в только что основанном в Москве сборнике «Одиссей», которая вышла во втором выпуске данного издания в 1990 г.^[5] Жизнь Алиеноры Аквитанской во многом символична: ее кончина в 1204 г., ознаменовав таким образом начало нового века, была увековечена в надгробии, о котором хочется сказать немного подробнее. Последние годы жизни Алиенора провела в аббатстве Фонтевро в Анжу, где и находится ее могила. Саркофаг увенчан скульптурным изваянием: это так называемый жизан – надгробный памятник в виде лежащей фигуры^[6], на нем Алиенора изображена с раскрытой книгой в руках. Исследователи считают возможным интерпретировать этот мотив раскрытой книги в женских руках как процесс распространения грамотности в женском обществе, и как результат – женской эмансипации, что конечно, не могло не сказаться на истории брачных отношений. Поистине, женщины, которые читают, опасны!^[7] В середине XIV в. в разгар так называемой Столетней войны между Францией и Англией историю брака Алиеноры Аквитанской вспоминали как истинную причину начала этого затяжного, полного драматизма военного конфликта. Современные историки также видят тесную связь между сферой большой политики и историей брачных отношений в эпоху Средневековья.