Книга Книга Блэквелла. Лощина Грешников, страница 227 – Николь Фиорина

Пораньше проснулся. Раньше обрел себя. Мне не хотелось ждать следующей жизни. Мне хотелось жить в этой. Мы заслуживали ее.

— Мы встретимся снова, и скоро, – заявил Августин Прюэтт, сцепив руки перед собой.

Кларенс Гуди занял свое место рядом с Виолой Кантини и Агатой.

— Кларенс сказал, что ты действовал один, когда решил забраться в наши Залы. Это правда?

— Я… – начал было я, но Кларенс меня перебил.

— Да. Северные леса никак к этому не причастны.

Я бросил на него взгляд.

— А теперь, Гуди, дай ему высказаться самому, – настояла Виола, сделав мне знак – мол, продолжай.

Кларенс прокашлялся. Лицо Агаты оставалось непроницаемым. Она даже не моргала.

— Да, я действовал один. Забрал книги оттуда, где им не место, – они должны лежать в библиотеке. Могу ли я спросить, почему книги Дэнверса и Блэквелла лежали у вас? Книга моей семьи?

Прюэтт округлил глаза. Виола бросила на него взгляд. А я продолжил:

— Зачем вам книга моей семьи и почему я не могу в нее заглянуть?

— Мне было сказано, что речь идет только о книге Кантини, – прошептала Виола Прюэтту.

— Это были книги Северных лесов. И твоя, – честно ответил я.

— Неважно. Ты проник в нашу Залу, – рявкнул Прюэтт.

— Вместе с девчонкой Морганов, – добавил Кларенс.

И у меня сдавило грудь.

Я глянул на Зефира, Феникса и Бека – они стояли у дальней стены, выпрямив спины. Взгляды их были холодны.

— Да, Фэллон Гримальди была со мной. – Я снова посмотрел на Совет и сглотнул, борясь с пересохшим горлом.

Мне не хотелось втягивать во все это Фэллон, но уже поздно.

— Я заставил ее пойти со мной. Мне нужно было на кого-то все скинуть. Но план мой, кажется, не сработал.

— Определенно не сработал. Правда всегда выходит на свет, – заявил Кларенс.

Я распрямил плечи.

— Кроме одной. Я все еще не понимаю, зачем вам были нужны книги Блэквелла и Дэнверса.

— Прюэтт? – подала голос Виола, Хранительница тайн, та, что требовала правды.

Августин Прюэтт втянул сквозь зубы воздух и произнес:

— Я не брал эти чертовы книги.

— Но кто-то ведь это сделал, – заметила Агата. – Кто-то, у кого был доступ к вашим Залам. Гость, быть может? Кто-то, кто с вами жил?

— Вы намекаете на то, что Кэрри Дрисколл украла книги из библиотеки? – спросил Прюэтт, хотя прозвучало это как утверждение. – Кэрри невиновна…

— О Кэрри мы поговорим позже, – понимающе оборвала его Виола. – А эта встреча посвящена тебе, Джулиан Блэквелл. С чего бы тебе рисковать своей жизнью ради парочки книг?

— Рисковать жизнью? Со всем уважением, не надо принижать происходящее. Это ведь очевидно, не так ли? После всего того, что пережил мой ковен, после потерянных жизней, после матери Бека, родителей Феникса, маленького Джонни, твоей жены, Кларенс! Так не может продолжаться! Если бы ты понимал, как все это влияет на нас! Сомневаюсь, что в Священном море хоть кто-нибудь сделал бы то же самое, – высказал я, постаравшись говорить твердо и решительно. – Не удивляйтесь, на что мы готовы пойти ради того, чтобы спасти наш ковен.

Кларенс отвел взгляд.

— Но факт остается фактом, – напомнил Прюэтт. – Мы больше не можем доверять обманщику и проклятому Грешнику. Я дал тебе возможность, пригласил в свой дом, а ты показал свое истинное лицо. Кто знает, на что ты способен еще?

— Северные леса ему тоже не доверяют, – пробормотал Кларенс.