Книга Рядом с солью, страница 50 – Кэтрин Ваз

Эдвард планировал праздничный ужин. Одни рабочие в плащах приносили продукты, ящики с коричневыми бутылками стаута, кудахтающих кур, которых тащили за лапки, другие чистили ковер в «большом зале» Уорда. Это изобилие помогало Мэри и ее отцу делать вид, что им ничто не угрожало совсем недавно. В день вечеринки она встретила Перпетую Родерик, девушку с близко посаженными глазами и крючковатым носом – бывшую Родригес, из семьи протестантских портных, которая очень энергично полировала серебро. Мэри пришла с гранатами из теплицы, как просил хозяин, и Перпетуя пропела: «Ты одна из нас!», – и их объятия превратились в танец. Спрингфилдский домик семьи Перпетуи был так переполнен, что там было трудно сосредоточиться больше чем на минуту! Она слышала о Марии Катарине Фрейташ и ее святом папе из Ботанического сада. Кухарка закричала: «Хватит валять дурака, девочка, иди выжимай апельсины!» Когда та отвернулась, Перпетуя скорчила гримасу, развеселив Мэри.

Стоя на стремянках, люди спускали гирлянды с потолка большого зала. Мужчины завозили в горшках похожие на бумагу цветы под названием пуансеттии. Эдвард, руководивший этой трансформацией, заметил, как Кэт украдкой взглянула на него, и сказал:

— Мэри, пожалуйста, вы мне нужны, – и указал на ящик с ананасами. – Я не мог дождаться тепличных. Расскажите, как их подавать. Кстати, карта уже висит в рамке на стене наверху. Спасибо.

Он был скуповат в своей благодарности за подарок, призванный уберечь его от тоски по дому, или это была та самая резкая манера, которую демонстрируют вполне милые американцы?

Его светлые матово-голубые глаза были словно нарисованы кистью, пропитанной водой. Мария описала, что нужно насадить очищенные ананасы на шампуры, поджарить их на гриле, обвалять в корице и нарезать ломтики с корочкой в тарелки. Повторить: пожарить на гриле, обвалять в специях и продолжить нарезать порции до сердцевины.

— Я был уверен, что вы знаете что-то подобное. – Уорд достал миниатюрный завернутый предмет и вино с Мадейры. – Бутылка для вашего отца, а подарок для вас, – сказал он. Она поблагодарила и собралась сказать, что боится, ее платье не будет достаточно изысканным для вечеринки, когда Эдвард добавил: – Отдохните немного. Вы с отцом этого заслуживаете. Извините, если празднество не даст вам уснуть. Я бы сказал, что мы увидимся утром, но, скорее всего, в полдень.

Его позвал рабочий, и Эдвард оставил ее. Она отнесла подарок и вино, которые проделали путь с ее родины (на ум пришло выражение «это как везти бананы на Мадейру»), туда, где папа чистил свои воскресные туфли. Его усы и борода были слегка навощены. Она сказала:

— Нас не пригласили.

Он сжал ткань, испачканную черной пастой, и уставился на нее, она повторила новость по-португальски, и он сказал:

— Что?

Она развернула свой подарок – ленту для волос, зеленую – и передала, что вино для него.

— Ему не стоит знать, что мы не пьем, Кэт-Кэт, – сказал он. – Может, ты неправильно поняла насчет праздника?

— Нет, он извинился, что шум может помешать нам уснуть. – На их столе лежали подарки от миссис Джеймисон: сто мотков шелковых ниток для Мэри, пять видов семян салата и элегантный носовой платок для папы. Мэри послала глубокие благодарности вместе с полотенцами для рук, индивидуально расшитыми для Миртл и Лоуренса Джеймисонов, Тедди и близняшек, Джеммы и Клариссы.