Книга Девушка из номера 11, страница 167 – Рут Уэйр

— Мама? – ахнула я. – Ты что это задумала?

— Собираюсь выйти в магазин. У нас кончилось молоко, хорошо бы купить к ужину.

— Мама, не смеши людей! – раздраженно выпалила я. – Тебе нельзя опираться на больную ногу, а ты собралась ходить в темноте по магазинам! Я сейчас сбегаю и все куплю.

— Врач сказал – побольше двигаться, – упрямо заявила она. – Я тут с ума сойду в четырех стенах! Целый день только и общаюсь что с рекламщиками по телефону.

— Пэм, давайте поедем вместе, на машине, – предложил Джуд.

— Ей нельзя шляться по чертовому супермаркету, – отрезала я.

— Ло… – укоризненно пробормотал муж.

— Не смей ругаться! – одновременно повысила голос мама.

— Да, прости, пожалуйста. – Я прижала пальцы к вискам, ощутив первые предвестники головной боли. – Я ведь не на тебя. Это все стресс, да еще и голова разболелась.

— Успокойся, Ло, – улыбнулся Джуд. – Я отвезу Пэм в тот большой супермаркет по дороге на Хатфилд, при нем еще есть кафе. Как он называется? «Майклсонз»?

— «Моррисонз», – устало поправила его я.

Иногда я забывала, что Джуд провел в Англии четыре года. Впрочем, мы жили в Лондоне, а там магазинов «Моррисонз» раз-два и обчелся. Конечно, Джуд не помнит этого названия.

— Да, точно. Пэм посидит в кафе, если нога будет беспокоить, а я стану ее мальчиком на побегушках.

— Звучит заманчиво, милый Джуд, – уже гораздо спокойнее сказала мама, и я заскрежетала зубами. – «Моррисонз» мне нравится.

— А ты, – обнял меня муж, откинув с моего лица упавшую на лоб прядь, – ты пока примешь ванну и выпьешь тайленол. Тебе надо расслабиться, Ло.

— Здесь его называют парацетамол, – угрюмо ответила я. Впрочем, Джуд был прав, хотя неприятно слышать, когда тебе то и дело напоминают, что ты не в своей тарелке. – Ладно, только сделаю себе сперва чай.

— Давай-давай, – кивнул он. – Иди наверх, а чай я заварю тебе сам.

— Ванну я могу принять и без напоминаний, Джуд. Я ведь не ребенок.

Я все еще ершилась, хотя горло стиснуло от нежности. Джуд такой милый, а я – просто грымза. Опять же наш разговор до боли напомнил мне обычные наши дела в это время дня. Я заманивала бы Тедди и Эли в ванную, применяя политику кнута и пряника и зная, что через час придется вытаскивать их обратно чуть ли не силой. На самом деле дети с удовольствием брызгались и перекидывались в ванне игрушками из серии «Октонавты», устраивая в ванной комнате настоящий кавардак. Когда же я снова увижу моих малышей…

— Тебе что-нибудь купить в магазине, милая? – спросила мама, но я только помотала головой и медленно пошла на второй этаж.

Входная дверь хлопнула, и я расслабилась. Черт, даже не чувствовала, насколько напряжена. В этом доме я в детстве не жила. Наш старый дом продали, когда родители развелись, – мне тогда исполнилось пятнадцать. И все равно здесь что-то такое витало: каждый раз, приезжая в Сент-Олбанс, я превращалась в капризного подростка. Сейчас меня угнетали переживания за маму, тоска по детям и стресс от всего происходящего – словом, я была близка к нервному срыву. Погрузившись с головой в пузырящуюся воду, ощутила волну благодарности к мужу – он видел, в каком я состоянии, и специально увез маму, дав мне побыть одной.

Я допила чашку чая, которую Джуд все же принес наверх. Полистала соцсети в телефоне, порешала головоломки судоку в «Нью-Йорк Таймс» – легкую, среднюю и самую сложную – и уже нанесла шампунь на волосы, когда услышала с трудом пробившийся сквозь дверь и шум вытяжки звонок в дверь. Я застонала. Еще минуту лежала в ванне, размышляя, как быть. Вылезти? Только начала мыть голову… Пока ополосну волосы от пены, звонящий уже потеряет терпение и уйдет.