Книга Рождественские желания и ирландские поцелуи, страница 97 – Дебби Джонсон

— Конечно! Тут и обсуждать нечего! – отвечаю я, а внутри все сжимается. Только не эта тема. Лиам поднимает брови, смотрит на меня и качает головой.

— В прошлый раз игра в молчанку нас не спасла. После той истории на пляже.

Я делаю непонимающий вид и опускаю взгляд.

— Ты не помнишь, что было ночью? – уточняет Лиам.

Еще как помню, хочется мне крикнуть. Эти воспоминания уже никогда не стереть. Прикосновение его пальцев к моей коже, теплое дыхание у щеки. Близость его тела. Как такое забудешь?

Может, притвориться? Сказать, что я не понимаю, о чем он, отпустить нас обоих с крючка? Наверное, стоило бы, вот только лгунья из меня плохая. Я молчу, а щеки заливает краска.

— Помнишь! – восклицает он, указывая на мое лицо. – Иначе с чего вдруг так покраснела!

Я ускоряю шаг, хочу увеличить дистанцию между нами, чтобы хоть немного прийти в себя. Но Лиам на голову выше и потому без труда меня нагоняет.

— Ну да, ладно, помню, – нехотя признаю я. – Но это была минутная слабость, и всё. Ничего же не произошло!

— И хорошо, что не произошло, потому что… всё слишком сложно. У тебя есть парень, и я ни за что не стал бы вам мешать. Да и вообще, даже если бы ты была свободна… Я пока не готов, Элли. К тебе. К новым отношениям. В глубине души мне хочется идти дальше, но я словно бы застыл в том времени, когда был мужем Анны, и даже от одной мысли о другой женщине мне не по себе. Я…

Ну вот. Теперь мне самой стыдно за то, что пыталась уйти от темы. Ему явно нужно выговориться, сбросить с души этот груз. Я киваю и жду.

— Что?

— Веду себя по-идиотски и сам это понимаю. Ничего не могу с собой поделать. Эта ночь выбила меня из колеи, хоть между нами ничего и не произошло. Это не страшно, я приду в норму, но очень бы не хотелось, чтобы мы опять рассорились и еще двадцать лет не разговаривали. Я правда очень скучал по тебе, Элли. И не хочу снова тебя потерять. Понимаешь?

Я смотрю на него. Золотистые искры в карих глазах, широкие плечи. Тревожная складка у губ. Разговор становится таким тяжелым. Таким серьезным.

Я хватаю банку колы и несколько секунд яростно ее трясу. Потом, прежде чем Лиам успевает сообразить, что к чему, открываю ее. Холодная газировка брызгает ему прямо в лицо.

Он подскакивает, с криками и смехом бросается за мной и в конце концов вырывает колу у меня из рук. Я визжу, пытаясь отстоять свое, но Лиам переворачивает банку и выливает остатки мне на голову.

— Ты… Уранус, вот ты кто! – кричу я, пока липкие струйки сбегают по лбу.

— Ха! Поделом тебе! – отвечает он, вытирая колу с лица краем свитера. На секунду приоткрывается полоска загорелой кожи, и я поспешно отвожу взгляд. Лиам смотрит на меня сверху вниз, ухмыляется и качает головой.

— С тобой всегда были шутки плохи, – говорит он.

— Так что бойся! – шучу я. – И вот еще что, Лиам. Всё в порядке. Не мы первые, не мы последние. Подумаешь, выпили лишнего и случилась неловкость. Бывает. Всё отлично. Вообще не о чем переживать.

Он решает мне поверить. Мы продолжаем прогулку, болтая о всякой ерунде.

Жаль только, что для себя самой я куда менее убедительна. И тошнотворная тоска, которая потихоньку пускает корни где-то внутри, никуда не девается. В ней совершенно нет смысла. Тоскуй не тоскуй, а некоторым желаниям просто не суждено сбыться.