Книга Рождественские желания и ирландские поцелуи, страница 99 – Дебби Джонсон

Я вздыхаю при мысли о возвращении. Кара многозначительно смотрит на меня. Наверное, думает, что я грущу из-за того, что мы с Лиамом «просто друзья». Пожалуй, отчасти и так, но дело не только в этом. Вся моя жизнь сейчас – один большой знак вопроса. Я уже открываю рот, чтобы что-то сказать, но тут у входа в кафе раздается страшный шум. Сквозь рождественскую музыку и гул голосов мы слышим удар, грохот и громкий крик.

Я вскакиваю и вижу, что Мэгги лежит на полу в окружении разбитых тарелок. Рядом валяется поднос. Нога Мэгги вывернута под неестественным углом, лицо белое как мел.

— Мэгги! Ты как? – Я бросаюсь к ней, сажусь рядом на корточки. В глазах у нее слезы, но она кивает и сжимает мою руку.

— Всё нормально. Поскользнулась на луже – гости снега натащили. Помоги встать, я сейчас разойдусь…

Мы с Карой пытаемся ее поднять, но как только Мэгги переносит вес на лодыжку, она испускает мучительный стон и сползает обратно. Плохой знак.

Мы растерянно переглядываемся. В кафе полно народу, но никто почему-то не спешит к нам с предложением помочь. Зато Люси соображает быстрее всех – срывается с места и исчезает, бросив нам: «Никуда не уходите». Я слышу, как Мэгги бормочет что-то вроде: «Я-то точно далеко не уйду».

Люси возвращается через минуту в сопровождении ухоженной женщины лет пятидесяти с большой белой коробкой для торта.

— Это доктор Кхан, – говорит Люси. – Она как раз забирала заказ в булочной, и я попросила ее зайти…

Доктор опускается рядом с нами на пол и берет ситуацию в свои руки. Она решительно отметает все возражения Мэгги и ее уверения, что всё хорошо. Осторожно осматривает лодыжку, пока ее пациентка из последних сил старается не вскрикнуть.

— Ничего хорошего не вижу, – говорит доктор твердо. – Похоже на перелом, возможно, вывих. Никаких «разойдусь», Мэгги. Вам нужно в больницу. Я сейчас позвоню, попробуем вызвать скорую. А еще надо вас обезболить.

Мэгги вдруг оживляется.

— А там будет веселящий газ?^[19] Помню, мне в роддоме давали им подышать, и так хорошо стало…

— Хм-м-м, так и запишем, пациентка любит повеселиться, – подмечает доктор с улыбкой. – Вас обеспечат всем самым лучшим, не беспокойтесь.

Она отходит в сторону с телефоном, а Мэгги просит всех вернуться к своим пирожным, кофе и разговорам. Разумеется, никто не двигается с места – Мэгги любят все, и смотреть, как ей больно, невыносимо.

Кара садится на пол рядом с ней, вытягивает длинные ноги.

— Люси, передай мне кофе, будь добра.

Я устраиваюсь рядом и тоже прошу принести мою кружку. Вскоре уже почти все посетители сидят на полу. Пьют кофе, едят пирожные, болтают рядом с Мэгги. Уходить никто не собирается. Люси курсирует между гостями, принимает новые заказы, подливает напитки. Следит, чтобы музыка не закончилась, а когда заходят новые посетители, объясняет, что произошло. Все как один решают, что с удовольствием выпьют чай прямо на дощатом полу. Мэгги качает головой, улыбается сквозь боль и бормочет: «Вы все с ума посходили, что ли…»

Именно эту картину и застают медики, приехавшие полчаса спустя. Они растерянно оглядываются. Еще бы: кафе забито до отказа, но все почему-то сидят на полу, игнорируя вполне исправные стулья. Наверное, медикам доводилось видеть и более странные сцены, потому что они тут же, без лишних слов, берутся за дело.