Книга Загадка Версальского дворца, страница 46 – Адриен Гётц

— Так и тянет прикатить сюда на роликах. Вы, наверное, наматываете километры за день. Я решу тебе эту проблему со столами, вот увидишь, доверься мне. А не могло ли изначально существовать два стола-близнеца?

— В описи коллекций Короны значится только один.

— А если второй мог изготовить для себя сам краснодеревщик, чтобы сохранить этот шедевр и производить впечатление на клиентов, которые приходили в его шоурум?

— Маловероятно, остался бы какой-то след, и он бы обязательно всплыл намного раньше.

— А что, если стол из Уоддесдонского собрания – давнишняя подделка, куплен на том самом аукционе девятнадцатого века, где впервые засветился, а наш – подлинник?

— Никаких доказательств!

— Если это свежая подделка, если тот прекрасный копиист, который его создал, существует, скорее всего, он работал в Англии рядом с оригиналом, возможно, при содействии хранителей по ту сторону Ла-Манша…

— Тогда понятно, почему наш стол для облегчения транспортировки оставили в разобранном виде, чтобы потом быстро смонтировать все части.

— А как сравнить оба стола? Попросить прислать сюда английский?

— Нереально, они ничего у нас не спросили, побоятся, что мы его не вернем! Разве что мы могли бы организовать выставку, но это год или два работы.

— Да, вы даром времени не теряете. А не проще тогда отвезти стол из Версаля в Англию?

— Не думаю. Нужен контейнер, специально изготовленный фирмой «Шеню»^[142], они специалисты по этой части. К тому же потребуется особый бюджет на транспортировку экспоната, который нам никогда не выделят.

— Знаешь, я завтра же займусь твоим бюджетом.

— Думаешь, это так просто? Отец пошлет тебя куда подальше…

— Посмотрим. У меня есть мысли на этот счет. Первое, что нужно выяснить: как такое чудо мебельного искусства попало в этот зал?

* * *

В Малых апартаментах они проводят куда более детальный осмотр, чем полиция этим утром.

— Все двери были заперты?

— Да, Рультабий^[143].

— Понятно, что все выходы отсюда ведут либо к караульному посту, либо во двор и все это находится под наблюдением, но ты забыла о еще одной возможности.

— Какой?

— Если этот стол не могли бы затащить наверх в зал, может быть, его могли туда спустить? Поднимемся по одной из лестниц. Полицейские их осматривали?

— Нет, все двери были заперты на ключ. Медар не обходит верхний этаж. Полиция проверила только те помещения, которые были открыты.

— Бездари! А если у этих людей есть ключи? Ты знаешь, куда ведут лестницы?

— На верхний этаж, в самые потрясающие помещения в Версале. Хочешь посмотреть?

* * *

Над залами, расположенными за парадной спальней Марии-Антуанетты, целый лабиринт никогда не реставрировавшихся кабинетов и комнат. Пожелтевшие и грязные стены в свете ламп выглядят довольно странно. Сюда допускают только редких привилегированных посетителей. В свое время вход был запрещен всем придворным. После бегства королевской семьи граф д’Эзек^[144], которому полагалось запереть дворец, был крайне удивлен, обнаружив эти помещения. Проведя годы в Версале в ближайшем окружении короля, он даже не подозревал, что этажом выше находится уютная квартирка с низкими потолками, обставленная в буржуазном духе, где Мария-Антуанетта могла вести почти нормальную жизнь. Здесь выставлено несколько картин и предметов, связанных с нею.