Книга Умереть для коллекции, страница 168 – Питер Джеймс

Гленн улыбнулся, но ничего не сказал.

Белла попыталась перевести разговор в другое русло:

— Мистер Хегарти, а миссис Уилсон… миссис Лоррейн Уилсон… после его смерти она с вами связывалась?

Хегарти на секунду помедлил с ответом, его глаза настороженно бегали от нее к Брэнсону и обратно, как будто ставки в их разговоре внезапно подскочили.

— Да, связывалась, – наконец решительно ответил он.

— Не могли бы вы нам сообщить, с какой целью?

— Полагаю, сейчас это уже не имеет значения… ведь ее тоже давно нет в живых. Но, видите ли, она взяла с меня клятву хранить это в тайне.

Помня наставления Грейса, Брэнсон как можно более тактично изложил ему основные обстоятельства дела:

— Мистер Хегарти, мы занимаемся расследованием убийства. Нам нужна вся информация, которой вы располагаете.

Хегарти вытаращил глаза:

— Убийства? Я понятия не имел. Боже мой! И кто же… кто жертва?

— К сожалению, сейчас я не могу рассказать вам всего.

— Нет-нет, конечно-конечно, – пробормотал Хегарти; его лицо заметно побледнело. – В голове никак не укладывается. – На мгновение он задумался. – Дело в том, что она зашла ко мне, кажется… где-то в феврале или марте две тысячи второго года. Или, возможно, в апреле… Я могу проверить это по своим записям. Она сказала, что после смерти муж оставил огромные долги и у нее отобрали все до последнего пенни, а дом конфисковали. Честно говоря, это немного жестоко – так преследовать вдову. – Он посмотрел на детективов, словно ища у них поддержки, но, не получив никакой реакции, продолжил: – Она сообщила мне, что недавно узнала, что ей причитаются деньги по страховому полису мужа, и боится, что кредиторы отнимут у нее и это. Как оказалось, несколько личных поручительств она подписала вместе с мужем. Поэтому она хотела купить марки, которые, как она совершенно справедливо полагала, ей будет легче скрыть. Думаю, этому ее научил муж.

— Сколько она передала вам денег? – спросила Белла.

— Ну… первый лот стоил полтора миллиона, плюс-минус несколько шиллингов. А потом, спустя несколько месяцев, она получила еще столько же, а может, даже чуть больше, из Фонда компенсации жертвам одиннадцатого сентября, как она мне сказала.

Брэнсон был очень доволен тем, что указанные Хегарти суммы совпали с имеющейся у них информацией. Похоже, тот говорит правду.

— И она попросила вас перевести все эти деньги в марки? – спросил он.

— Звучит проще, чем было на самом деле, – ответил Хегарти. – Такие траты, видите ли, всегда привлекают внимание. Все покупки делал я, от своего имени. Я рассеял деньги по всему миру марок, говоря, что покупаю их для некоего анонимного коллекционера. Так бывает довольно часто и вопросов не вызывает. В последние годы, например, китайцы просто с ума сходят от качественных марок… Плохо лишь то, что некоторые дилеры втюхивают им всякий хлам. – Он предостерегающе поднял вверх палец. – Даже некоторые из самых уважаемых дилеров.

— Можете ли вы предоставить нам список всех марок, которые вы продали миссис Уилсон? – спросила Белла.

— Да, но дайте мне немного времени. Могу начать сразу после партии в теннис, а закончу примерно ко времени вечернего чая. Вас это устроит?

— Отлично, – ответил Брэнсон.

— И вы бы нам очень помогли, если бы предоставили список всех людей, к которым она могла обратиться и у которых было достаточно денег, чтобы купить у нее эти марки позже, когда ей самой понадобятся деньги, – добавила Белла.