Книга Зимние Боги и Змеи, страница 235 – Венди Хейсс

Простейшая? Это была простейшая магия? Я сполна пробовала на себе силу магии и Аура, но никто ещё не выпускал столько, чтобы она заполняла сам воздух.

Меланта медленно захлопала. На жёстком лице проступило отвращение.

— Слышала о твоих адриатийских стражах. Этот, должно быть, очень силён, раз сумел действовать там, где я покрыла ремеслом каждый угол, — она внимательно осмотрела Килиана и широко улыбнулась. — Я чувствую кровь первородной линии? Интересно, как долго он продержится. Сегодня вечером мне будет чем развлечься, — кулаки снова засветились красным. Её сила подняла волоски у меня на затылке. Или это сделала магия Килиана? Неважно. Все чувства завибрировали от предупреждения.

Я мысленно вздохнула. Пришлось отступить. Даже если бы мы справились с Мелантой, за ней стояли верглейсеры, я была безоружна, а на сундуке лежала печать, которую мне никогда не взломать. Она несла отпечаток магии Меланты и подчинялась только ей. Сегодня смелость превратилась в глупость. Я пошла вперёд, заранее зная, что проиграю. Но теперь хотя бы знала, что для замысла отцу требовалась магия, причём магия ремесленника. Это тревожило сильнее всего.

Отступая, я не смогла скрыть разочарованной гримасы.

— Благодарю небеса за то, что хотя бы раз они встали на мою сторону, — пробормотал Килиан и снова протянул руку. Его тепло неожиданно успокаивало.

Меланта выпрямилась, погасила магию и удовлетворённо улыбнулась.

— Как я и думала, — она лениво махнула нам вслед. В любой другой ситуации я бы прожгла ей грудь прежде, чем она успела произнести слово или вызвать хотя бы искру.

Её взгляд вспыхнул и на мгновение сузился. Она наклонила голову, изучая меня.

— От тебя несёт магией тёмного ремесленника. Причём до боли знакомой.

Я замерла.

— Может, чувствуешь собственную вонь. Коровы едят там же, где гадят, поэтому перестают замечать запах. А ты точно самая вонючая корова из всех, — виски пульсировали, ладони покрылись потом. Я сглотнула сухость в горле и постаралась успокоить рваное дыхание.

Я ощущала вопросы и любопытство Килиана рядом, но не решалась повернуться.

— С тобой всё хорошо? — спросил он, заставив меня вздрогнуть. Я ожидала совсем другого вопроса. Видимо, моё состояние было для него важнее любопытства. Или важнее оставалась ценность, которую представляла для его народа.

Я выдернула руку. Его взгляд проследил за ней, пока прятала ладонь за спиной.

— А почему не должно быть?

— Ремесленники пугают. Некоторые виды их магии отвратительны. Сначала сила работает как защитный приём. Проникает в мысли, пробуждает страх и заставляет ослабить защиту, чтобы следующая атака прошла легче и человек подчинился любому заклинанию.

Я плотнее обхватила себя руками, чувствуя холодный воздух сквозь тонкую одежду.

— Для обычного стражника ты знаешь удивительно много. И все адриатийцы способны сопротивляться подавлению магии под завесой ремесленника? Она назвала тебя первородным. Не знала, что у вас ими разбрасываются, — я попыталась скрыть собственное любопытство. В наше время первородная кровь встречалась редко. Я сама была первородной и к тому же необычной, потому что обе линии, Кригборн и Скайгард, считались первородными среди своего народа. В Исийорде оставалось лишь несколько носителей, почти все старые и тщательно оберегаемые как последние следы чистой магии. Килиан принадлежал к той же редкой группе.