Книга Зимние Боги и Змеи, страница 3 – Венди Хейсс

— Хочет занять эти земли? Наконец набрался смелости встретиться с душами тех, кого осквернил?

Он лишь рассмеялся и покачал головой, не отвечая.

Я щёлкнула пальцами и подалась вперёд.

— В Исийорде закончилось золото? Пришли добывать его здесь?

— Нам не нужно золото. Оно само приходит к нам.

Ах да, знаменитая фразочка.

— Вы что-то ищете, — сказала я. Его взгляд без всякого выражения опустился к полу. — Любопытно. Что ты потерял в горах, солдат? Разве не знаешь, что здешние духи охотятся на каждого, кто рыщет по этим землям? Вы настолько отчаялись, что готовы навлечь на себя их ярость? — Мирдур был проклят. По нему бродили беспокойные духи, пожиравшие всякого, кто осмеливался тревожить место их упокоения, и лекарства от этого проклятия не существовало. Даже у моего отца, который после уничтожения Мирдура больше не ступал на эти земли.

— Они сами трепещут перед нами, перед собственной погибелью. Даже теперь пресмыкаются перед нашим величием.

Я поднялась и вытащила кинжал из ножен на бедре. Грубость в мой адрес была одним делом. Оскорбление предков, погибших из-за таких, как он, — совсем другим и почти непростительным. Глаза солдата расширились. Он нервно заёрзал на стуле, дёргая ногами в попытке освободиться, и откинулся назад, снизу вверх встречая мой взгляд. Я медленно провела лезвием по его щеке, и его затрясло.

— Раз уж ты так боишься, может, сразу выдашь свои тайны? — поддразнила, перекатывая между пальцами холодный украшенный кинжал.

Его лицо застыло в упрямом вызове.

— Ты всё равно меня не пощадишь, так что унесу тайну с собой в могилу.

Я приподняла бровь.

— Значит, тайна всё-таки есть, — вдавила лезвие в его щёку и провела неглубокую полосу. Он закричал. Красная струйка побежала вниз и закапала к моим ногам. — В этом мире есть две смерти. Одна болезненная, другая — очень, очень мучительная. Выбирай с умом. Хотя лично я склоняюсь ко второй, просто ради собственного удовольствия, — пригрозила я и снова надавила на клинок, оставляя ещё один порез.

Дверь за моей спиной с грохотом распахнулась.

— Сноу, ради богов и небес! Живым. Он нужен нам живым. Пока что тебе нельзя распускать руки, — раздражённый голос друга оборвал моё развлечение.

Я обернулась к высокому, крепко сложенному мужчине. Он подошёл, выхватил кинжал из моей руки и вернул его в ножны на бедре.

— Совсем чуть-чуть.

Он фыркнул.

— Знаю твоё «чуть-чуть». У тебя «чуть-чуть мёртвый» обычно означает «совсем мёртвый».

— А нам он нужен всего лишь чуть-чуть живым.

— Вообще-то очень живым, — он вывел меня наружу. Яркий свет на мгновение ослепил — слишком долго я пробыла в тёмной комнате.

Напряжение сковало каждую мышцу в его лице и теле, а изумрудный взгляд потемнел от тревоги.

— Мы нашли остальных из его отряда у руин. Они отчаянно пытались сохранить то, что знали. Перерезали себе горло прежде, чем я успел захватить хотя бы одного. Если мы хотим что-нибудь выяснить, придётся вытянуть это из него, — Кай редко показывал раздражение и славился спокойным нравом, но сейчас видела в нём и злость, и опустошение. Они снова пришли осквернить земли величайшего народа. Его народа. Нашего народа.

Я шумно выдохнула и повернулась к нему.

— Исийордцы никогда не заговорят. Виной тому их благословение, — они были народом войны, тактики, хитрости и интриг, но прежде всего — народом с крепкой, дарованной богами честью. Для них смерть была предпочтительнее предательства.