Книга Зимние Боги и Змеи, страница 60 – Венди Хейсс

— Она что, Сайлас? — окликнула Морин со своего места. Он не сказал никому о своей договорённости? Не было причины держать её в секрете, особенно от консорт, с которой он всегда делился своими грандиозными планами прежде всех остальных, даже моей матери.

Отец объяснил сидящим за столом свои планы заключить соглашение с Адриатой и то, как оно принесёт пользу обоим королевствам, будто его волновал кто-то, кроме собственного носа.

— Звучит как продуманный план. Почему ты настаиваешь именно на этом? — спросил он, изучая меня пристальным взглядом и явно сомневаясь в моём запросе. Казалось, он видел мои мысли насквозь. Неужели начал сомневаться в моих истинных намерениях?

Я подняла подбородок и выгнула бровь.

— Разве ты сам не настаивал бы, если бы получил нескольких их сородичей, которых можно пытать в своё удовольствие, да ещё и под прикрытием закона?

Не совсем ложь. Лишь очень искривлённая правда.

Его губы зло изогнулись.

— Месть жалким крестьянам?

— Лучше что-то, чем ничего, учитывая, что они, вероятно, посадят меня в клетку, когда я туда попаду.

Он громко расхохотался. В глазах вспыхнуло нетерпение, но мои слова он не отрицал. Вероятно, именно этого он и хотел.

— Если это твоё желание, у тебя есть моё разрешение. Нет, подарок. Свадебный подарок от меня, — добавил он и поднял кубок. Он всё же купился.

Я видела презрение на лицах Френ и Рубена. Мысль о моём падении всё ещё их радовала, поэтому наклонилась к Элиасу.

— Когда ты попросишь ту следующую минуту наедине?

Его взгляд жадно последовал за мной. Он был слишком отвлечён, чтобы заметить, что все повернулись к нам.

— Если я попрошу маленькую уже сегодня вечером?

— Сегодня вечером ты её получишь.

Он провёл кончиком языка по губе с полным удовлетворением и кивнул.

— Как получилось, что моего генерала избили почти до смерти, а потом бросили в темницу, чтобы повесить сразу после того, как ты с ним сразилась? — рявкнул отец с отвращением, переводя взгляд с меня на Элиаса.

— Вопросы приходят потом, когда тебе уже удобно в своей победе. Он заставит тебя думать, что ты выиграла, потом разрушит любое доверие, которое, как тебе показалось, он дал тебе, и поймает неподготовленной.

— И ты ждёшь, что я буду знать это каким образом? — поддела я, продолжая жевать фрукт.

Он сузил глаза, как охотник на добычу.

— Странное совпадение, не находишь? Странно, что его жена узнала о его измене, а она не просто какая-то женщина. Её отец — Калиус Модр.

— Правда? — спросила я, приподнимая брови. — И правда странно. Так что ты хочешь услышать от меня, отец?

— Как ты узнала? — нетерпеливо рявкнул он.

— Узнала что?

Лёд вспучился на его пальцах, готовый прорваться.

— Не играй со мной, Сноулин.

Слуги.

— Слуги, — солгала я, забрасывая в рот несколько виноградин. — Они рассказывали о нём всякое. Во время боя он меня особенно разозлил, назвал шлюхой, вот я и решила, что его жена должна услышать, какая шлюха он сам.

— Если он найдёт твои угрозы, скажи, что говорили слуги. Посей сомнение о распущенных языках в замке, и это отвлечёт его от мысли о твоей победе.

— И кто был этот слуга?

Я фыркнула.

— Ты едва помнишь имена собственных детей, а от меня ждёшь, что я запомню слуг? В чём дело? Думаешь, у меня есть шпион при твоём дворе?

— Есть? У тебя есть шпион при моём дворе?