Книга Любимый плут, страница 39 – Кэролайн Линден

Что касалось ее, то ей следовало вести себя как можно естественнее и постоянно себе напоминать, что стыдиться нечего и жалеть не о чем, что это замужество мало изменит ее жизнь и что в любом случае все сложилось к лучшему — позволило Кэти воссоединиться с любимым, а Бианке — беспрепятственно продолжить работу. В конце концов, если Сент-Джеймс намерен получать свою долю от бизнеса, ему просто невыгодно отстранять Бианку от дел, потому что благодаря ее усилиям фарфор Перузии превращался в уникальный товар. К тому же, согласившись на сумасшедшее предложение отца, она в результате не только вышла из-под его власти, но еще и отец останется перед ней в неоплатном долгу.

Тетушка Френсис, разумеется, не могла не вставить своего словца, острого как иголка, и, пожирая глазами Сент-Джеймса, процедила:

— Теперь я понимаю, почему ты так старалась устроить брак между Кэти и викарием. Ах ты, проныра! Какую роскошную добычу отхватила! — добавила старушка с почти злорадным удовольствием.

— Ты думаешь, это было мое желание?

Бианка бросила уничтожающий взгляд в сторону мужа. Павлин, да и только, в этих атласных бриджах изумрудного цвета и в бархатном сюртуке цвета слоновой кости. А кружева! Любая дама позавидует. По сравнению с одеянием этого пижона ее собственное красивое шелковое платье бледно-желтого цвета смотрелось как скромненький наряд какой-нибудь птичницы.

— Уверяю тебя, нет! Так решил отец, — сказала она тетке. — Я же не вижу особых различий между ним и мистером Мердоком.

Френсис вскинула брови:

— Совсем никаких?

Мистеру Мердоку, дизайнеру фабрики, было под пятьдесят, его русые волосы почти поседели, а кожа на руках задубела от постоянной работы с глиной. Это был талантливый мастер, бесценный для бизнеса, но его вряд ли кто-то мог перепутать с Максимилианом Сент-Джеймсом, совершенно бесполезным, хоть и красавцем.

— Никаких, — солгала Бианка. — А теперь извини: я вижу, меня ждет Амелия.

Ее подруга сгорала от любопытства, и Бианке пришлось кое-что изменить в сюжете всей истории. Любовь Кэти и преподобного Мейна превратилась в страстный роман, предложение Сент-Джеймса приобрело более меркантильный оттенок, а отцом двигали родительские обязанности, а не стремление к выгоде. А вот что касалось действий самой Бианки…

— Ты действительно вышла за него, чтобы лишь сохранить фарфоровое производство? — шепотом уточнила Амелия, пребывая в шоковом состоянии.

— Это был единственный выход. — Бианка положила в рот кусочек торта. Его приготовили по заказу Кэти, и было бы просто глупо выбросить такую вкуснятину.

— Но Кэти… — Амелия прикрыла рот рукой. — Она-то знала?

Бианка помолчала, потом все-таки призналась:

— Нет, у меня не было времени написать ей об этом: все нужно было решить в течение минуты.

Это была истинная правда. У нее и получаса не было, чтобы все взвесить и обдумать: отец так рычал, что ей придется занять место сестры и выйти за Сент-Джеймса, что мозг едва не вскипел. Не успела она прийти в себя, а мистер Филпот, откашлявшись, уже читал текст клятвы. Не было ни малейшей возможности ни посоветоваться с сестрой, ни просто поставить ее в известность: Кэти к тому времени была уже на полпути в Уолверхэмптон, хотя времени все остановить было достаточно.

— Бианка, она может расстроиться! Конечно, ей бы и в голову не пришло, что ты можешь решиться на такое ради нее!