Книга Любимый плут, страница 41 – Кэролайн Линден

С тех пор никто из них не наведывался в свой бывший дом. Отец предпочитал более просторный Перузия-холл, а жена его кузена была очень больна и гостей не жаловала.

Сегодня Бианка шла вниз по склону холма в сторону Поплар-хауса не как ребенок, а как его хозяйка — замужняя леди. С каким-то странным чувством она подошла к знакомой голубой двери под крышей, застеленной новой соломой. Кузен съехал отсюда полгода назад, накопив достаточно денег, чтобы перевезти жену в Бат, где рассчитывал поправить ее здоровье. После того как Сент-Джеймс сделал предложение Кэти, отец распорядился, чтобы дом вычистили, отремонтировали и подготовили для новобрачных.

Никто не предполагал, что порог своего нового… старого дома, зажимая ключи в кулаке, переступит Бианка.

Кэти обставила его очень неплохо, подумала Бианка, осматривая комнаты, такие знакомые и в то же время совершенно новые. Не только Кэти следила за тем, чтобы дизайн и обустройство радовали глаз: Бианка тоже приложила к этому руку, с удовольствием покрасив хозяйскую спальню в черный цвет, включая оконные переплеты.

Однако все получилось не так, как ей хотелось, а очень даже мило: с оттенком шалфея, что неплохо сочеталось с новыми занавесями темно-синего цвета. Полированная мебель мягко блестела, решетку очага заново покрасили черным. В вазе с двумя ручками на подоконнике стоял букетик маргариток.

Бианка постояла в дверном проеме. Ее взгляд задержался на огромной кровати, и мозг напомнил об обещании наслаждений, о которых большинство женщин могут только мечтать (у нее в голове эхом отдался его самоуверенный голос).

— Ха! — сказала она пустой комнате и закрыла дверь.

Ее личная спальня больше соответствовала ее вкусу, хоть и примыкала к спальне супруга. Когда-то это была спальня ее матери. Стоило ей войти сюда, как ей словно стало легче дышать: так много счастливых воспоминаний связано с этой комнатой. Вот она, сидя у ног матери, слушает сказки… вот делает уроки, а мама в это время занимается шитьем… вот показывает маме собственную вышивку, гордая (как гордилась за любую свою работу), хоть и терпеть не могла вышивать!

Печальные воспоминания Бианка всегда пыталась отодвигать в сторону. Например, она много времени проводила здесь с мамой, здоровье у которой никогда не было крепким, и здесь же стояли многочисленные вазы с цветами, потому что мама больше не могла выйти в сад. Как много носовых платков было разложено по комнате, чтобы один обязательно оказался под рукой, когда маму бил кашель.

Судя по всему, Кэти тоже хотелось избавиться от таких воспоминаний. Для стен она выбрала цвет сливочного масла, для покрывала на постели — бледно-зеленый, и парчовую обивку для мебели. Окна здесь выходили на запад, и в лучах послеобеденного солнца комната сияла, как весенний день после дождя.

Дженни уже распаковала вещи. К этому времени Бианка переоделась, сменив утреннюю роскошь на каждодневное полотняное платье, сама зашнуровалась, повязала видавший виды фартук и, расчесав локоны, закрутила их в обычный пучок. Оглядев себя в маленьком зеркальце, на всякий случай, девушка улыбнулась своему отражению. Вот так-то лучше.

Прибыл поток слуг с другими вещами из Перузии, чтобы под ее наблюдением обставить оставшуюся часть дома. Было трудно не вспомнить о маме, когда она распорядилась поставить кушетку рядом с передними окнами, где летом она обычно садилась со своим шитьем.