Книга Энциклопедия Человеческого Д***изма. Без согласования, страница 78 – Вадим Мартовский

— Макс, — спросил Алексей. — Ты нормально?

Максим перевёл взгляд на него. В этом взгляде мелькнуло раздражение, почти прежнее, человеческое.

— Я в порядке. Просто пытаюсь не подставить отдел.

— Каким образом?

— Не создавать формулировок, которые могут быть истолкованы как признание нами чего-либо.

— А мы что-то признаём?

— Не надо отвечать на вопросы, поставленные в такой конструкции.

— Это тебе тоже сказали?

— Это разумно само по себе.

Егор поднялся.

— Вот. Вот оно. Последняя стадия. Сначала человек учит корпоративный язык, потом корпоративный язык учится говорить человеком. Ещё сутки — и Максим начнёт мигать зелёным, когда согласен.

Света положила папку на стол Алексея.

— У тебя есть пять минут, чтобы посмотреть.

Внутри лежала распечатка, озаглавленная «Альтернативная карта факторов городской тревожности». Без логотипа института, без грифа, без указания автора. Только дата внизу и номер версии: 0.8.

Алексей пролистал первые страницы.

Там не было фамилий. Не было аккаунтов, рейтингов, «активных источников обсуждения» и аккуратных столбцов с пометками «потенциально координирующий», «эмоционально заражающий», «высокая вовлечённость». Вместо этого Света разложила город по причинам: задержки выплат на муниципальных предприятиях; рост стоимости аренды; закрытие поликлинического отделения в Заволжском районе; невывезенный мусор после смены подрядчика; аварийные отключения воды; история с расселением старого фонда; школьные чаты, в которых родители неделями не могли добиться ответа по питанию; локальные сообщества, где люди не «подогревали напряжение», а пытались выяснить, почему автобус № 14 перестал приезжать после семи вечера.

Каждая причина была связана с цифровой реакцией: частотой сообщений, географией, темами, плотностью репостов. Но человек в этой карте не превращался в подозрительный объект только потому, что ему было не всё равно.

— Ты это сама делала? — спросил Алексей.

— С Игорем по данным. Он помог убрать идентификаторы и проверить связки. Я — по смыслу.

— И что ты хочешь с этим делать?

— Предложить, как ответ.

Егор прыснул.

— Городу?

— Городу.

— Свет, они запросили двадцать людей. Людей. Желательно с именами, фотографиями и оттенком угрозы. А ты предлагаешь им мусор, воду и автобус.

— Я предлагаю им то, из-за чего люди пишут. Это и есть задача института, если кто-то ещё помнит.

— Задача института — иметь табличку, которую можно открыть на совещании, — сказал Егор. — Всё остальное — факультативная гуманитарная программа.

Света посмотрела на него.

— Ты можешь помочь или можешь шутить. Оба варианта предсказуемы. Но времени мало.

Егор перестал улыбаться. Он взял лист, пробежал глазами раздел про район у железнодорожной станции и кивнул.

— Тут не хватает истории с общежитием на Химической. После видео с тараканами там неделю был пик. Потом администрация прислала дезинфекторов, и пик упал.

— Я видела. Не успела добавить.

— Добавь. Это хороший пример: проблема решается — активность снижается. Никакой магии, никакого вредного влияния. Просто людям перестают врать, что тараканов нет.

Максим стоял у принтера, не двигаясь.

— В документе нежелательно использовать слово «врать», — сказал он.

Егор закрыл глаза.

— Максим, я тебя прошу. Если внутри тебя ещё есть человек, пусть он кашлянет.