Книга Восьмое министерство, страница 105 – Константин Набутовский

— Срочно к Архипову. Пусть возьмёт портативный георадар в любом строительно-монтажном отделе и оба быстро сюда, на минус третий этаж. Как спуститесь вниз — идите сразу направо. Всё увидите сами, на месте.

Антон в это время локализовал с помощью тепловизора точные контуры и расположение пульсирующего теплового пятна.

— Если там действительно живое, то это похоже на капсулу жизнеобеспечения по размерам и ориентации картинки. Вокруг есть ещё три пятна, но они с постоянным температурным профилем. Скорее всего, какие-то приборы, — сказал он, глядя на экран.

Но тут два пятна сместились — как будто источники тепла сдвинулись.

Я сказал удивлённо:

— Это как? Приборы, которые сами бегают?

— Я думаю, это не приборы. Точнее, не совсем они. Это роботы. То есть да, это приборы, но автономные. Просто они могут двигаться самостоятельно.

Мне сразу вспомнился робот «Альфа-3», убивший министра.

Через пятнадцать минут к нам подошли Нина и Архипов. Нина на ходу открыла футляр георадара и передала его Антону. Пока тот настраивал прибор, я вкратце рассказал о нашей находке. Антон поводил георадаром по стене, и на экране появилась картина, напоминающая спектр.

— Вот, — сказал он, делая пометки мелом, найденным тут же в небольшой куче строительного мусора. — Это контур, по которому надо будет вскрывать стену. Толщина — почти метр двадцать. Но это общая толщина. Бетон — пять сантиметров, дальше идёт какая-то композитная прослойка. Что дальше — не понятно. И ещё: тут стык — герметичный.

Он коснулся пальцами стены.

— Такое впечатление, что там, внутри, действительно капсула.

Громов нахмурился:

— Связь с общей сетью есть?

Антон покачал головой.

— Нет. Полная изоляция. Нет ни одного кабеля, ни одного контура связи. Замкнутый объём.

— Значит, кто-то точно не хотел, чтобы это место нашли, — тихо сказал я.

Мы молча смотрели на серую поверхность, за которой теплилась чужая жизнь и ждали… чего? Взрыва? Крика? Чуда? Не знаю. Я просто стоял и слушал, как кровь стучит в висках. А вдруг мы сейчас откроем не дверь, а клетку? И то, что сидело в темноте тридцать лет — вовсе не спит, а… ждёт нас.

Громов вздохнул, провёл ладонью по стене и произнёс:

— Будем вскрывать. Но осторожно. Мы не знаем, к чему это может быть подключено.

Антон кивнул и добавил:

— Отключать питание сектора нельзя. Даже если там действительно капсула, и она подключена к стандартному резервному питанию, мы всё равно не можем прервать основное. Это может погубить то живое, что находится в ней, если резервного всё-таки нет или оно неисправно. А проверить это мы сейчас не можем.

Архипов, за минуту до этого отошедший в сторону, вернулся:

— Резак сейчас доставят.

Уже через двадцать минут я поднёс дисковый резак к стене — металл загудел, полетели оранжевые искры.

Через минуту шов едва заметно сместился, и часть панели слегка отъехала внутрь. Под ней показалась тёмная металлическая дверь.

Антон посмотрел на нас:

— Есть доступ. Но внутри, похоже, герметичный отсек. Нам нужен спектрометр, чтобы определить состав воздуха внутри камеры.

Архипов уже что-то говорил тому, кто принёс резак, и тот поспешил наверх.

Вернулся он минут через двадцать, а ещё через десять Антон уже сообщал результат спектрального анализа:

— Давление такое же, как тут, снаружи, но состав воздуха нестандартный.