Книга Последняя станция — море, страница 3 – Алисия Роуден

Не то, которое было на картинках в учебниках. Не лазурное, не тёплое, не бесконечное.

То, которое отец принёс в банке.

И она не могла понять, почему от этой мысли ей стало страшнее, чем от самого письма.

Вера достала из ящика канцелярский нож и аккуратно вскрыла конверт.

Внутри лежал билет.

Настоящий бумажный билет — тонкий, чуть шероховатый, с неровно обрезанными краями. На нём была напечатана старая железнодорожная эмблема: круг с тремя линиями, уходящими к горизонту. Вера видела её раньше, но не могла вспомнить где.

Вверху стояло:

ЖЕЛЕЗНОДОРОЖНАЯ СЛУЖБА СООБЩЕНИЯ.

Ниже:

Маршрут: Линия № 0.

Отправление: 14 октября 2049 года, 23:40.

Пункт назначения: МОРЕ.

Вера перевернула билет.

На обратной стороне было написано:

Не выходи на первой остановке.

Она перечитала текст трижды.

Потом проверила дату ещё раз.

Сегодня. Через двадцать две минуты.

— Нет, — сказала она.

Слово прозвучало тихо, но отчётливо.

Вера положила билет на стол и открыла внутреннюю базу транспортных маршрутов. Система запросила подтверждение доступа. Она приложила браслет к считывателю, ввела пароль и дождалась загрузки.

Линия № 0 отсутствовала.

Она проверила архивные маршруты, действующие и закрытые. Просмотрела списки железнодорожных линий, законсервированных после наводнения 2037 года. Нашла несколько нулевых обозначений в технических документах, но все они относились к внутренним кодам участков, а не к пассажирским маршрутам.

Станции «Море» не было.

Не было такой станции и в старых картах, доступных в архиве.

Вера переключилась на географическую базу.

Слово «море» встречалось в названиях трёх исследовательских объектов, двух складских комплексов и одного закрытого полигона на севере. Ни один не был связан с железной дорогой.

Она открыла карту страны, увеличила масштаб и провела пальцем вдоль бывших путей, уходивших к побережью.

Почти все линии заканчивались за сотни километров от воды.

Официально побережье было закрыто в 2038 году после серии штормов, которые разрушили защитные дамбы и затопили несколько прибрежных городов. Потом последовали новые ограничения, переселение, запрет на несанкционированные поездки. Со временем слово «море» исчезло из повседневной речи. Его заменили формулировками вроде «прибрежная зона», «водная граница», «территория климатического риска».

Вера однажды видела море на архивной видеозаписи. Оно было таким огромным, что не помещалось в кадр, а горизонт казался неровной линией, проведённой рукой человека, который не умел рисовать.

Она помнила, как долго смотрела на экран.

И как потом ей снилось, что она стоит на берегу, а вода отступает всё дальше и дальше, обнажая рельсы, уходящие в темноту.

Вера закрыла карту.

На столе лежал билет.

Она взяла его и поднесла к свету.

Бумага была старой, но не хрупкой. На сгибе виднелся след от пальца, будто кто-то долго держал билет в руке. На краю стоял номер:

000014.

Вера почувствовала, как холодеют пальцы.

Четырнадцать.

Номер её квартиры в доме, где она выросла.

Номер кабинета, в котором хранились старые схемы железнодорожных узлов.

Номер, который отец когда-то написал на внутренней стороне банки с песком, чтобы Вера не перепутала её с другими.

Она не помнила, почему.

Вера резко встала, и кресло откатилось к перегородке.