Онлайн книга «Рассвет русского царства. Книга 12»
|
— Воины, ко мне! — заорал я, срывая голос. — Сомкнись! Не пускать к погребам! Строй собирался на глазах, мы ударили во фланг прорвавшимся, и я шёл на самом лезвии атаки. Мне нужно было это. Я желал мести и тут подвернулся тот, на ком мог вымести свою злость… Первый татарин вырос слева. Я принял древко на щит, довернул корпус и достал его саблей поперёк шеи. Барс грудью снёс следующего, и тот исчез под копытами. Справа рубился Семён. Я видел его краем глаза, слышал его хриплое «н-на!» при каждом ударе. Дождь, кровь и грязь смешались в одно, клинок скользил, мир сузился до трёх шагов вокруг, освещаемых вспышками с неба. Гром бил так, что не слышно было собственного крика. Татары дрогнули. Их расчёт был на суматоху, на сонный лагерь и уставших после перехода воинов, а напоролись на достойный ответ. И тут из свалки вышел он. Батыр… другого слова не подберу. Здоровенный, на голову выше любого из наших, в пластинчатом доспехе, в руках секира на длинном древке. Работал он ею широкими, страшными по силе дугами, и каждая такая дуга оставляла за собой пустое место. Двое моих легли, не успев даже вскрикнуть. Третий подставил щит, и он лопнул, а воин улетел в грязь. — Мой! — рявкнул Семён и послал коня вперёд. Он рубанул сверху, и батыр принял удар на древко, провернул секиру и обратным махом ударил Семёнова коня по ногам. Конь заржал, завалился, и Семён вылетел из седла грохнувшись оземь. Батыр шагнул к нему, поднимая секиру. В тот момент я не думал. Барс прыгнул на длину корпуса, я вложился в удар всем весом, но батыр, зараза, успел. Развернулся и встретил мой удар. Секира врезалась в мой щит, и тот с хрустом сложился пополам, а руку до плеча пронзило так, будто её сунули под кузнечный молот. Я едва удержался в седле. Обломки щита повисли на ремнях, левая рука не слушалась. Батыр уже заносил оружие снова. — «Врёшь, — подумал я, дёргая Барса в сторону, — врёшь, не возьмёшь…!» Секира прошла в ладони от моего колена. Я рубанул в ответ, и сабля скрежетнула по пластинам, оставив борозду, и всё. Семён ворочался в грязи, пытаясь встать, нашаривая клинок. Батыр перехватил древко для нового замаха… добивающего, и я понял, что не успеваю ни ударить, ни закрыться. В это мгновение я услышал короткий свист над ухом… И стрела вошла батыру под срез шлема, в глазницу, по самое оперение. Он застыл с занесённой секирой. Постоял так одно длинное мгновение, а потом рухнул навзничь, и грязь плеснула из-под него в стороны. Я обернулся. На земляном валу, шагах в сорока, стояла Ива. Она уже тянула из колчана вторую стрелу… — «Хрен с тобой… — подумал я. — Разберусь позже!» Тем не менее я махнул ей рукой, чтобы убиралась, но она сделала вид, что не заметила этот жест, выпустила вторую стрелу и потянулась за третьей. — Семён! — я спрыгнул с коня, подхватил его под руку. — Живой? — Живой… — прохрипел он, отплёвываясь от грязи. — Стар я уже для таких дел. — А почему лук не достал? Он скривился. — Тетива порвалась, — ответил он и его взгляд упал на мёртвого батыра. Глянул на стрелу, потом на вал, усмехнулся. — Ну, Ивка… Ну, коза… Вокруг наши уже дожимали остатки вылазки. Однако радость победы, быстро схлынула, когда я вспомнил, про Алёну… детей и вообще всё, что произошло. И что хуже, я не знал, что делать. |