Книга Тайна мононокэ с холма Баккэ, страница 72 – Миюки Асаба

Завтра в гимназию не нужно идти. Учеников он уже и не ждал ни утром, ни вечером. Если захочется, можно будет сесть на поезд до Синагавы. Так он наконец рассудил в конце дня.

Во дворе мяукнул кот. Ну точно как его неприятный знакомый, который никогда не стеснялся зевать на людях. Соитиро перевернулся на другой бок, спиной ко двору.

Все же, как ни погляди, сестра вызвала его телеграммой. Наверное, надо прикупить гостинец?.. Сестра, может, и обрадуется, а зять – точно нет. Соитиро решил дождаться, когда начнут продавать мандзю, а там что-нибудь и выбрать.^[77]

С этими мыслями молодой человек застегнул рубашку. Как раз когда он добрался до последней перламутровой пуговицы на стоячем воротнике, со двора мяукнули.

Полосатый кот сидел напротив двери, сложив вместе передние лапы, и смотрел на хозяина дома.

— Не разрешите ли милостиво пройти в гостиную?

Опять заговорил. До чего вежливый кот: не входит без разрешения.

— Прошу.

Кот довольно закачал хвостом из стороны в сторону.

Соитиро вернулся к пуговицам на груди. Первая, вторая, третья…

«Разве я их еще не застегнул?» – удивился он, но раз не застегнул, то делать нечего.

Кот, покачивая хвостом, пристально смотрел на него.

И что же все-таки за дело у сестры?

В детстве она часто подтрунивала над младшим братом и задорно хихикала. Между ними было шесть лет разницы, так что она всегда о нем пеклась и, пока Соитиро не научился ходить, таскала его на спине.

До того как у него появились зачатки осознанности, он всегда был с сестрой и играл, разумеется, только с ней и ее друзьями, которые тоже приглядывали за собственными младшенькими. Иногда его заставляли играть со всеми в догонялки и дочки-матери. Соитиро молча и угрюмо терпел, потому что на самом деле хотел в додзё и махать синаем.

Когда его отправили в школу, он уже ступил на путь меча и научился говорить сестре и ее приятелям твердое «нет». Как раз тогда его звали, например, на гору тэнгу.

Соитиро краем глаза видел, как кот смотрит на него, но сосредоточился на пуговицах. Первая, вторая…

Вдруг показалось, что он застегивает их уже очень долго.

— Соитиро, что с вами? Уже так поздно, а вы все спите!

Мечника растолкали, и он резко распахнул глаза.

Над ним с тревогой склонилась Кикуё.

— Нет, я собирался в гости к…

— Это мне впору в слабоумие впадать, а не вам! Меня аж холодный пот прошиб: перепугалась, что вы заболели.

Соитиро сел в постели, совершенно сбитый с толку, что мог так оплошать. Значит, ему все только приснилось? Раз Кикуё здесь – значит, утренняя тренировка давно закончилась, а он не то что пуговицы не застегнул – даже не встал еще…

— Какой стыд.

— В первый раз вижу, чтобы вы заспались! Не переживайте, в додзё никто не приходил.

За это как раз стоило бы переживать, но Кикуё, посмеиваясь, уже ушла на кухню стряпать.

— Простите. Я сейчас же наберу воды.

Соитиро поспешно сложил футон, переоделся и стремглав бросился к колодцу. Старушка тем временем, с веселой улыбкой напевая под нос, разводила очаг.

Переливая воду в кадку, молодой человек снова спохватился:

— Ах! Я не сварил рис.

— Ага, не переживайте. Сварим вам супчик с клецками. Не откажетесь?

— Нет.

Пока он переживал, не слишком ли много доставляет хлопот, Кикуё уже бросила сушеные сардины в кипящую воду, нарезала овощи – и в мгновенье ока даже тесто на клецки замесила. Отточенностью и выверенностью движений она напоминала искусного мастера меча, потому клецки оказались в бульоне даже прежде, чем Соитиро успел придумать возражение.