Книга Священный город бога-предателя, страница 250 – Лия Арден

— Не твори глупостей. Хочешь молиться Эшту – делай это в своей голове, – строго предупредила она, и Рошана нехотя кивнула.

Найра не знала, ощущает ли разочарование, не найдя удобного для всех выхода. Кажется, со вчерашнего вечера она не чувствовала ничего. Тревога так долго её терзала, что сердце сдалось, прекратив бороться и переживать.

Может, брат был прав и ей необходимо переждать?

Вернуться к привычной жизни, есть фрукты, играть в нарды и ждать возвращения Малека с победой? Ощутит ли она разницу, когда Афшан умрёт? Или однажды утром она о нём даже не вспомнит?

Найра с трудом проглотила ком в горле. Её отвлекла новая записка от Рошаны. Сареша упрямо держала бумагу, вытянув руку. Она не спускала глаз с Найры, хотя та мешкала, почему-то не желая читать. Отругав себя за глупый страх перед несколькими словами, она взяла лист.

«Ты тоже Парси, и он не простит тебе нарушенное обещание, если твой брат разорит Фарсиду».

Нахлынувшие воспоминания походили на пощёчину: «Тогда поклянись, что вы не сожжёте мой любимый город в случае победы. Пообещай мне это как Азура и сделай всё, чтобы сдержать слово! Это теперь и твой город, ты поняла? Мы всё ещё муж и жена, поэтому не забудь о своей второй фамилии!»

Найра отчётливо слышала голос Афшана в голове. Она удержала скучающее выражение при виде написанных строк, хотя на деле не могла оторвать глаз от правды, брошенной в лицо.

— Моя фамилия Азура. Наш брак был вынужденным.

По крайней мере, был таким вначале.

Стал ли он чем-то большим в конце?

Зачем Афшан вообще помог им бежать? Может, он не помогал, а просто пытался защитить Рошану? Он просил подождать в роще, и, если бы переворот закончился победой Парси, Афшан бы вернул их во дворец. При другом исходе он получил гарантию на защиту Рошаны в Хетре.

Найре хотелось ударить себя, чтобы избавиться от всех назойливых вопросов. Она направилась к выходу, не взглянув на сарешу Парси, чтобы та не попыталась ей ещё что-то сказать.

Потом Найра бродила по коридорам собственного дома, как загнанный зверь в ловушке лабиринта. Она с детства знала каждый поворот, даже с закрытыми глазами могла найти путь, интуитивно помня, где какая комната. Теперь же она блуждала, её застигли врасплох расположения знакомых с детства коридоров, словно она видела их впервые. У поворота, случайно задев, Найра едва не снесла вазу.

Дворец вычистили от мертвецов, прибрались, застелили новые ковры и прикрыли последствия нападения. Было сделано всё, чтобы изжить любые намёки на недавнюю власть захватчиков. Но, несмотря на старания прислуги, за ароматом благовоний Найре мерещился запах крови. Казалось, он въелся в стены и никогда их не покинет вместе с воспоминаниями о произошедшем.

Она бродила, забыв о времени и голоде, пытаясь что-то придумать. Однако мысли, как и её тело, блуждали по кругу не в состоянии найти выход.

— Сареша.

Найра всем телом вздрогнула, когда её схватили за руку.

— У меня мало времени. Нужно поговорить. – Махра выглядела спокойной, но до боли стиснула пальцы на её запястье.

Найра кивнула и покорно пошла за жрицей на просторный балкон с садом. Он выходил на храм, и они обе поморщились при виде молчаливого дома их бога. Начали процесс восстановительных работ, но копоть на стенах, выломанные двери и полуразрушенная лестница были видны издалека.