Книга Священный город бога-предателя, страница 252 – Лия Арден

— Я хочу, чтобы ты поехала со мной.

Если Найра просто удивила собеседницу, то та её по-настоящему потрясла. Сареша резко повернулась к Махре, гадая, не послышалось ли ей из-за ветра. Жрица ответила внимательным взглядом, намекая, что на шутки она время не тратит.

— Серьёзно? Ты предлагаешь мне поехать в Фарсиду?!

— Тише, – спокойно напомнила Махра.

Найра нервно огляделась, заметив нескольких слуг вдалеке по коридору, но те либо не услышали, либо не обратили внимание.

— Я умею стрелять из лука, но против воинов Фарсиды у меня нет и шанса.

— Ты знаешь город и дворец. А самое главное – Афшан подпустит тебя к себе.

— Ты хочешь, чтобы я убила Афшана? – Сареша ухватилась за ограждение, ей показалось, что земля ушла из-под ног. Совсем как тогда во дворце Фарсиды, когда Саир назвал второе имя Афшана, данное их отцом. Странный толчок, который не ощутил никто, кроме самой сареши.

— Я неплохо управляюсь с мечом, – без бравады призналась Махра. – Но, судя по рассказам, к Афшану мне не подобраться. Он слишком подозрителен.

Найра согласно кивнула.

— Он не должен стать жрецом, – продолжила Махра.

— Нет никаких доказательств, что ему подвластен огонь. А совпадения каких-то мелочей… это совпадения! Наверняка были похожие.

— Не было, – отрезала жрица. – За время обучения я ознакомилась со всеми записями и хрониками за сотни лет. Подобных странностей не было. И даже если ты права, Афшан Парси, будучи жрецом Эшту, сплотит абсолютно все сословия Фарсиды. Объединённые фарсидцы станут намного более серьёзным соперником, и война может затянуться.

У Найры закончились аргументы, а у Махры не было никаких доказательств. Однако сареша поняла, что жрицу ей не переубедить. Кто знает, какими предчувствиями живут последовательницы богов, а такие, как Махра, и вовсе привыкли руководствоваться лишь ими.

— Если меня схватят, то будут использовать против Малека. В этот раз брат не сложит оружие, и правильно сделает. Моё возвращение в Фарсиду – самоубийство, – вяло пробормотала Найра. Но, несмотря на страшное пророчество, она не испытала тревоги, не почувствовала ничего, кроме обречённости заблудившегося в пустыне.

— Скорее всего, – подтвердила Махра. – Поэтому я не заставляю тебя, а только прошу. Я сама отправляюсь в Фарсиду, чтобы исправить свои ошибки. Что делать тебе – решай сама. Я выйду через два часа после заката.

Найра едва ощутила, как Махра сжала её плечо. Жрица даже печально улыбнулась в немой поддержке. Сареша не нашлась с ответом и не стала её задерживать, когда та направилась внутрь дворца.

АФШАН

Афшан расхохотался. Не своим привычным смехом, а каким-то злорадным, мрачным и вместе с тем поистине весёлым смехом. Он сам ещё не осознал, зачем помог Керушу и отдёрнул его в сторону, когда с крыши здания кто-то намеренно вывалил ведро помоев.

Керуш хмуро взглянул на сгнившие овощи и тухлую похлёбку, которые едва не оказались на его голове, а затем выругался и подал знак двоим охранникам пойти на крышу и найти засранцев. Керуш с демонстративной скукой глядел на краснеющего от веселья Афшана.

— Закончил? – сухо поинтересовался он после того, как Афшан угомонился.

— Что-то в бедных районах ты не особо популярен, – расплываясь в мстительной улыбке, ответил мареш. – Юнцы или вовсе дети. Им тоже головы отрубишь?