Книга На границе империй. Том 10. Часть 14, страница 66 – INDIGO

Попробовал ползти в сторону коридора, чтобы добить последнего. Напряг мышцы, попытался оттолкнуться. Но сил не осталось от слова совсем.

Попробовал, как он, цепляться и ползти, но вообще никак. Пальцы сразу разжались, едва я попытался подтянуть свой вес. Стало понятно я исчерпал все ресурсы, которые были в организме, и даже занял ещё вперёд, в кредит у будущего. Тело работало на честном слове. А впереди меня ждал ещё подъём. Пол в трюме находился ниже пола коридора почти на полтора метра. Это делалось, чтобы увеличить вместительность трюма. Соединялся коридор и трюм с помощью железного трапа. Который при желании можно было убрать.

Так вот как это заканчивается, — с горькой иронией подумал я, глядя на дрожащие руки и на трап, по которому требовалось заползти наверх.

Именно здесь мне вспомнилась колония. Яркая вспышка воспоминания, настолько живая, что на секунду я почти перенёсся туда. Вспомнил, как я лежал, в воронке истекая кровью и чувствуя, как жизнь утекает. И как меня тогда вытащил дроид.

Дроид!

А ведь дроид всё ещё был здесь, стоял всё там же, в небольшой технической нише, совсем рядом, терпеливо ожидая команд.

Сразу отдал ему приказ: немедленно переместиться к моей позиции.

Вскоре он уже стоял рядом со мной, негромко жужжа сервоприводами. Камера на передней панели развернулась, сфокусировалась на мне.

Тогда я отдал ему следующий приказ, чётко формулируя каждое слово в голове: «Основной манипулятор. Зацепить меня сзади за скафандр и тащить в направлении коридора. Скорость — минимальная. Избегать резких движений».

Дроид послушно выполнил приказ. Один из его манипуляторов, толстый сервопривод, бережно подхватил меня за шиворот. Потом медленно, очень осторожно, потащил по полу, но я всё равно чувствовал каждый сантиметр этого движения. И каждое движение болью отзывалось в рёбрах, в спине, в руках. Металлический настил скрежетал под дроидом. Но дроид тащил меня именно так, как я приказал — медленно, избегая рывков, стараясь не причинить дополнительных повреждений.

Он подтащил меня к ближайшему противнику — тому массивному тяжеловесу, которого я подстрелил последним. Остановился рядом, издал короткий сигнал. Он означал — П рибыли, жду дальнейших инструкций. Я посмотрел на тело. Лужа крови под головой уже перестала расширяться — сердце остановилось.

Откинув остатки разбитого лицевого щитка в сторону, внимательно посмотрел на его лицо. Кожа была тёмной, серовато-коричневого оттенка, характерного для жителей внутренних систем. Широкие скулы. Массивная челюсть. Небольшая бородка, заплетённая в косичку, запачканная кровью. И главное — ритуальные шрамы на лбу. Три параллельные линии над бровями, идеально ровные, нанесённые, скорее всего, ещё в юности. Знак клана.

— Оширец? — удивлённо сказал я сам себе, услышав собственный голос хриплым и чужим. — Оширец…

Это как так? Как это возможно? У меня с оширцами всегда всё было ровно, более чем ровно. Нет друзьями мы никогда не были, но и врагами тоже. Я искренне полагал, что эта команда из аварцев, главных моих врагов в этом секторе, и прислал их сюда не кто иной, а Аркаль. Ублюдок, до сих пор мечтающий свести со мной счёты. Но оширцы? Почему оширцы?

Они вообще не должны были иметь ко мне никаких претензий. Более того, я прекрасно помнил, как несколько лет назад, лично вывез семьи оширцев с планеты. Рисковал, пробиваясь через пиратскую блокаду, организованную аварцами. Тогда их главы кланов клялись мне в вечной благодарности. Говорили о долге чести.