Онлайн книга «Еще 11 минут радости»
|
Следующим волшебным местом неожиданно стал японский остров Миядзима. Это была моя первая поездка за границу, долгий, дней на десять, пресс-тур в составе большой группы журналистов. Представляете? Не была даже в Турции – и сразу в Японию! Сначала я всего боялась, потом всему удивлялась, а день на пятый осмелела настолько, что отказалась от посещения онсэнов – горячих источников, где купаются без одежды, – и сама, собственными неопытными ногами, отправилась из Киото в Хиросиму, а оттуда на Миядзиму. Дело было даже не в том, что я стеснялась раздеваться при коллегах и излишне с ними сближаться. Просто остров, который во время прошлого ужина коротко упомянула наш гид, вдруг позвал меня, потянул к себе. Я только знала, что там есть синтоистское святилище, красные ворота тории во время прилива стоят в море, а по суше бродят ручные олени. Весной на Миядзиме цветут вишни, осенью – клены момидзи, летом шумят зелёные леса. Я же поехала туда в январе. На поезде синкансэн добралась до Хиросимы, оттуда паромом – до острова. Все сама, по наитию и без знания японского. Я сошла с парома, погладила оленя, посмотрела на ворота и храмы, напоминающие большие деревянные беседки, съела что-то неопознанное, принесённое доброй бабушкой, в маленьком кафе без меню, и пошла вверх по горе. Шла долго, под невесомым дождиком, нашла скамейку у какого-то дерева, села… и просидела несколько часов. Что за дерево было, не знаю, потому что в январе все они одеты одинаково – как люди в горячих источниках онсэн. На голых ветвях дрожали капли, ветви пронзали дымчатый воздух. Мир вокруг был большой гравюрой, я – маленьким, но обязательным её штрихом. Я чуть не опоздала на обратный паром. А когда, уже в Киото, коллеги стали делиться впечатлениями об онсэнах и спросили, куда я вообще делась и как провела день, чуть не ответила: «Ездила домой». И ответила бы – не солгала бы. Итак, Первый Парковый, Вознесенский, Миядзима. Потом – рыночная площадь в Дюссельдорфе. Та самая, на которой случился фестиваль рислинга, а меня пропустили на ступеньку под зелёным фонарём. В Дюссельдорф я возвращалась ещё не раз. И каждый раз на площади проходил какой-то фестиваль! Осенью 2012 года мы с Катей Румянцевой ненадолго съездили в Пятигорск. Наш Маленький Журнал тогда только что закрыли. Он просуществовал два года. Завоевал благодарную аудиторию – преимущественно интересных, думающих и остроумных людей, судя по письмам в редакцию, – но не стал массовым продуктом, способным заработать много денег, как положено еженедельнику. Поэтому Мирьям Соколовская приняла тяжёлое решение «приостановить выпуск». Помню, от этого слова «приостановить» веяло ложной надеждой – Катю в прощальном письме редактора попросили употребить именно его, и читатели ещё долго спрашивали, когда же выпуск возобновится… Редакцию Маленького Журнала распустили. Кого могли, оставили в Доме, а нас с Катей позвали обратно в большой Журнал, и даже на наши старые должности зама и выпускающего: кто-то тогда как раз вышел замуж за француза, а кто-то получил заманчивое предложение в другом издательском доме. Всё сложилось удачно – ну, насколько удачной можно назвать ситуацию в целом. Между окончанием одной работы и началом другой у нас с Катей была всего неделя. «Отдохните хоть чуть-чуть», – сказала Мирьям и вздохнула. А Катя мрачно предложила поехать в Пятигорск: «Нет сил ничего придумывать». |