Книга Со льдом, страница 4 – Ивар Лёкке

— Харри! – зычно гаркнул из рубки капитан, спасая Мортена от необходимости грубо отшивать надоедливого собеседника. – Кончай болтать и давай за работу. Скардвик! Скардвик!

* * *

Скардвик.

Невысокий указатель, ряд одинаковых доков, протянувшихся вдоль линии берега, одинокая скамейка и вереница машин, ожидавших в очереди на паром. Скучно, серо, уныло – таково было первое впечатление Мортена от города, куда зашвырнула его подпись начальника Агнара на приказе о переводе.

Здесь выходили немногие. Олле с матерью и сикх направлялись дальше на восток – вероятно, в более крупный Нордфолль. На берег сошли лишь несколько сезонных работников, одетых в униформу рыболовной компании «НордХав Аква» и высокие ботинки, гораздо лучше соответствующие местной погоде, чем обувь Мортена, с десяток местных и, к некоторому удивлению Соренсена, группа китайцев во главе с женщиной-гидом. Последние остановились на причале, глазея по сторонам с таким детским восторгом, будто доки, рыболовецкие суда и темные холмы, покрытые снегом, были восьмым чудом света, а не обычным пейзажем любого прибрежного города Норвегии. В руках одного из них Мортен заметил брошюру спа-отеля с поэтичным названием «Аврора», над которым – явно не без помощи фотошопа – переливалось выкрученными с помощью фильтра красками северное сияние.

Соренсен понимающе усмехнулся. Он слышал, что в Китае ребенок, зачатый под северным сиянием, считается благословленным богами. Потому каждый сезон самолеты исправно летали туда-сюда через континент, обеспечивая заполняемость круизным лайнерам, экскурсионным автобусам и отелям по всему скандинавскому северу.

Скардвик, конечно, казался Мортену крайне странным выбором. Но кто он такой, чтобы указывать людям, где лучше делать детей?

За размышлениями о культурных особенностях разных стран он не заметил, как на дороге появились, так сказать, готовые изделия, произведенные и выращенные под скудным северным солнцем. Компания из трех парней и двух девчонок на велосипедах лихо скатилась с холма и на полной скорости закружилась вокруг оторопевших китайцев. Судя по грубоватым шуточкам и недвусмысленным жестам, о традиции они знали. И то ли делились опытом, то ли просто насмехались над прижавшимися друг к другу ничего не понимавшими парочками. Покрасневшая переводчица замахала руками, но прежде чем Мортен или заметивший сцену матрос успели броситься ей на помощь, подростки с гиканьем и гоготом унеслись прочь, оглашая окрестности бренчанием велосипедных звонков.

— Уроды малолетние, – зло бросил им вслед работник парома, от души пожелав всем пятерым вернуться туда, куда они отправляли китайцев. И добавил, повернувшись к Соренсену: – Передайте Майе, что девчонка Фриды опять взялась за старое. Убийства убийствами, но с этими идиотами тоже надо что-то делать, пока совсем от рук не отбились. Хотя… – Он задумчиво почесал бороду. – Если маньяк сперва кого-нибудь из них пришьет, все в Скардвике только вздохнут спокойнее.

Мортен оставил предложение без ответа.

Не прошло и десяти минут, как на пристани все затихло. Паром с новыми пассажирами отправился дальше. Рабочие погрузились в автобус, за китайцами и переводчицей приехал автомобиль с логотипом отеля. Местных разобрали родственники. Мортен остался один, если не считать вездесущих чаек, рассевшихся на пустой сушильне для рыбы.