Книга Круиз на краю бездны, страница 38 – Людмила Мартова

— Где ты это взяла? – расхохотался Костик.

— Верина бабушка выдала для моей мамы. В качестве гостинца. У нас целая корзина, которую я еле-еле доперла до теплохода. Выпьешь, еще дадим.

— Основательно, – оценил Костик. – Я, конечно, борзыми щенками не беру, предпочитаю деньги. Но ладно, давай сюда.

Ну надо же, еще и одолжение сделал. Все-таки этот тип ужасно неприятный. Несмотря на весь свой фирменный прикид, какой-то дешевый и липкий. Словно обмылок.

После ужина часть туристов прошла в салон, где сегодня обещали какой-то музыкальный вечер. Таисия сначала не хотела идти, предпочитая провести вечер с книжкой, тем более что за экскурсию она действительно устала, но академик Лурье выразил желание послушать музыку, Иван Орлов потащился вслед за ним, и Таисия, кляня себя на чем свет стоит, тоже уселась на диване в салоне, чинно сложив руки на коленях.

Пианист играл неплохо, но это был не концерт, а именно музыкальное сопровождение, позволяющее вести неспешную беседу. Солировала в ней, разумеется, Анна Михайловна, как и накануне захватившая внимание слушателей очередным «ужастиком», как про себя охарактеризовала этот жанр Таисия. Отчего-то старушка любила «кладбищенские» истории, словно она не степенная дама на пороге восьмидесятилетия, а девчонка, забившаяся с подружками под одеяло в пионерском лагере, где в ночи травили всякие страшилки, от которых все вокруг клацали зубами.

— На английских кладбищах до сих пор можно увидеть над могилами железные клетки. Особенно в маленьких графствах, куда до сих пор не очень-то дошли блага цивилизации. Представляете, так любопытно. Стоит надгробный камень, а под ним металлическая сетка из толстых витых прутьев, таких, что не перекусишь. Как вы думаете, зачем их устанавливали?

— Так это просто, – вступила в разговор Нина. – Англичане ужасно суеверны, они полагали, что среди умерших много вампиров, зомби и прочей нечисти. И верили, что такие клетки защищают от того, что мертвец поднимется из земли и выйдет наружу.

— Ну что вы, деточка, – Анна Михайловна усмехнулась. – Даже в те далекие времена люди уже прекрасно осознавали, что бояться надо живых, а не мертвых. И защищаться от них же. И клетки эти устанавливали как защиту от воров.

— Тех, что раскапывали ценности? – вступила в разговор Таисия. – Вы вчера рассказывали историю, как ирландку похоронили заживо, а очнулась она именно тогда, когда мародеры раскопали ее могилу и пытались отрезать ей палец с дорогим кольцом. От них защищались? Но неужели людей хоронили с таким количеством ценных предметов, что подобный промысел был выгоден?

— Нет, конечно. Это только фараонов закапывали с золотыми украшениями и посудой. – Быстрова усмехнулась. – Эти металлические саркофаги имели своей целью совсем иную защиту. Охотились тогда вовсе не на ценности, а на свежие трупы, которые еще не успели разложиться. В покойниках нуждались медики. Медицина начала развиваться с огромной скоростью, появлялись прообразы анатомических театров, и медикам требовались свежие трупы, а спрос, как известно, рождает предложение. Предприимчивые дельцы, разумеется, только те, кто был не из брезгливых, раскапывали свежие могилы, а потом продавали трупы медикам. Их еще называли воскресителями. И люди побогаче, чтобы их умершие родные избежали такой участи, устанавливали над могилами металлические решетки. Эти конструкции еще называли мортсейфами. Те, кто победнее, просто устанавливали дежурство у свежей могилы, сменяя друг друга до тех пор, пока труп не разложится и тем самым перестанет представлять интерес. Ну а те, кто побогаче, избавляли себя от подобных ночных бдений. Мортсейфы представляли собой конструкцию из двух каменных плит, которые соединялись железными прутьями и болтами. Их запирали на несколько замков, а через пару лет снимали и продавали повторно. Окупали затраты, так сказать. Но часть их все-таки дошла до наших дней.