Книга В объятиях его жестокости, страница 67 – Нина Северова

— К Азамату ходил.

— И покурить не забыл, – вздыхает.

— Это тоже. Я всего одну, – целую лоб.

— Запах всё равно есть, – поднимает голову и сводит брови. – Голова ещё болит.

— Не наклоняйся так, если больно, – кладу руку ей на затылок, придерживаю. – А насчёт сигарет, я постараюсь бросить. Но сразу не получится.

— Хорошо, – улыбается. Как я давно не видел её такой.

— Всегда улыбайся, сладкая. Я только этим живу.

Ксюша прижалась крепче и я впервые за долгое время хочу просто… быть.

— Я уже хочу домой, Батыр, – признаюсь за завтраком. Мы в больнице вторую неделю. И я уже не могу здесь находиться.

— Знаю, но ты ещё не до конца поправилась, – отодвигает от себя кашу. Мы живём в одной палате. Врач пытался объяснить, что так нельзя, но кто будет настаивать, когда дело касается Батыра?

— Мне лучше, в отличие от тебя, – ковыряю сырники вилкой. Мне нравится как здесь готовят, но сегодня не лезет.

Батыр вздыхает и разваливается на стуле. У него гноится один порез на рёбрах, всё остальное заживает хорошо. При этом всё его тело – сплошной синяк. Ему больно и некомфортно, но старается этого не показывать. Когда совсем тяжело, просит у медсестры укол обезболивающего.

У меня же прекратилась тошнота и постоянное головокружение. Слабость осталась, но это мелочи.

— Иди сюда, – раздвигает ноги. Встаю с кровати и осторожно сажусь к нему на левую ногу. Она немного здоровее правой. Батыр сжимает талию и тянет меня к себе на грудь. – Зачем суету наводишь? Плохо тебе здесь разве?

— Не плохо. Но это всё-таки больница, а не дом.

— А дома что делать? – проводит тяжёлой ладонью по спине.

— Странный вопрос, это ведь дом. Там безопаснее.

Батыр напрягается. Разве я что-то не то сказала?

— Ты и здесь в безопасности, сладкая. Не сомневайся, – давит рукой между лопаток.

— Я знаю, но я про другое. Знаешь выражение «мой дом – моя крепость»? У меня также. Я могу расслабиться только дома, когда дверь во внешний мир закрыта.

— А со мной тоже не можешь расслабиться?

— Могу. Мы же спим в одной кровати, – привстаю.

Батыр смотрит на меня с сомнением. Странно, он будто не верит.

— Спать вместе – это же вопрос доверия. Когда засыпаешь, с тобой могут сделать всё что угодно, – упираюсь подбородком ему в плечо. – Ты красивый.

Батыр резко хмурится и заливается смехом.

— Сладкая, у тебя видимо последствия травмы, – вытирает глаза рукой.

— Возможно. Но это не меняет факт, что ты привлекательный для меня, – встаю, но Батыр резко тянет меня обратно. Вскрикиваю от неожиданности и получаю звонкий шлепок по пятой точке.

— Не делай из меня сахарный сироп, Ксюша.

— А то, что? – ухмыляюсь. – Потечешь как девчонка?

Я не знаю, что происходит. Я такой никогда не была. Но реакция Батыра на безобидные комплименты и веселит и злит. Я же говорю это от чистого сердца, серьезно. А он?

На мои слова Батыр сначала сильно удивляется, а потом снова смеётся. Ну вот как можно быть таким устрашающим и милым одновременно?

— Ксю-ша, девочка моя, – задерживается губами на лбу. – Мне нравится, когда ты не боишься. Дерзость тебе идёт. В пределах нормы, – позволяет мне всё-таки встать.

— Ты сам эти нормы определяешь?

— Конечно. Но вообще… Я готов на твои капризы. Хочу, чтобы ты из меня верёвки вила, – лениво улыбается.