Книга Паук и Муха, страница 9 – Ольга Кори

Голос Жука. Злой. Очень злой.

Муха глянула на кровать. Раненый лежал с закрытыми глазами. Повязки пропитались серебром, но выглядел он лучше.

Бам-бам-бам-бам-бам!

— Муха! — Жук почти хрипел. — Я видел следы на твоём крыльце! Он здесь, да? Ты прячешь его?

Муха бросилась к двери.

— Чего тебе? — крикнула она сквозь щель. — Шесть утра, люди спят!

— Муха, открой сейчас же! Мне нужно проверить!

— С какой это радости?

— С той, что ты, дура, впустила в свою постель тварь, которая убьёт тебя при первой возможности!

Мухе стало жарко. От злости, от стыда. От того, из-за криков Жука все вокруг узнают.

— Ты пьян, — сказала она ледяным тоном. — Иди проспись.

Она дёрнула засов, приоткрыла дверь ровно настолько, чтобы выглянуть наружу. Жук стоял на крыльце, взъерошенный, с красными глазами. Его правая рука, излеченная нитью Межени, слегка светилась изнутри.

Он выглядел как безумец.

— Пусти, — сказал он тихо.

— Нет.

— Муха, умоляю. Это ради твоей же безопасности.

— Ты чуть не сломал мне дверь своей безопасностью. Ремонт оплатишь?

— Я спасаю тебе жизнь!

— А мне кажется, ты просто ревнуешь.

Глаза Жука сузились. Правая рука странно дёрнулась, будто жила отдельной жизнью, ладонь сжалась в кулак.

— Что ты сказала?

— Ты слышал, — Муха скрестила руки на груди. — Ты ломишься ко мне с утра пораньше, без подарка, без поздравлений. Да ещё в чём-то обвиняешь. Где уважение? Где «с добрым утром»?

Жук опешил. Он явно не ожидал, что разговор свернёт в эту сторону.

— Какие подарки? У тебя паук в доме…

— У меня сегодня именины! — закричала Муха так пронзительно, что с берёзы слетела ворона. — А ты даже камня с дороги не принёс! Друг называется!

Жук открыл рот. Закрыл. Снова открыл.

— Ты… ты сравниваешь меня с…

— Я ничего не сравниваю! Я просто говорю, что если тебе что-то очень нужно, иди к Осу и бери ордер! А без ордера — пошёл вон!

И она захлопнула дверь перед его носом.

Жук не ушёл.

Он остался на крыльце, стуча в дверь и выкрикивая проклятия в адрес пауков, Межени, Мухи и всей её родни. Кричал так громко, что вскоре на дороге показалась высокая тощая фигура в чёрном мундире с жёлтыми лацканами.

Капитан Ос.

В Светлице его боялись даже бандиты. Огромный, костлявый, с длинными усищами и глазами-бусинками, он был дотошный, беспощадный и очень неприятный в общении.

— Что за шум? — спросил он противным гнусавым голосом, неторопливо приближаясь к крыльцу. — Шесть утра. Люди спят.

— Это не ваше дело, капитан, — огрызнулся Жук. — Я здесь как борец с нечистью.

— Борец, который орёт на всю округу? — Ос подошёл ближе и внимательно посмотрел на Жука. Потом перевёл взгляд на дверь с выщербленным косяком. Потом на следы серебряной крови на досках крыльца. — Предъявите-ка документы, гражданин Жук.

Жук покраснел. Кулак его правой руки разжался, пальцы скрючились, и вся кисть метнулась в сторону капитана, намереваясь вцепиться ему в горло.

Жук едва успел перехватить её левой рукой.

— Что за напасть? — заорал он, борясь с собственной конечностью. — Она не слушается!

Капитан Ос наблюдал за этой сценой с выражением глубокого отвращения.

— Гражданин Жук, — сказал он ледяным тоном. — Я арестовываю вас за дебош, сопротивление представителю власти и… — он покосился на подёргивающуюся руку, — … за использование магии без лицензии.