Книга Леди в серебряной маске, страница 1 – Надежда Ковалёва

Когда я начинала писать о Бомонтах, мне хотелось создать не просто несколько любовных историй, а семью, в которую читателю захочется возвращаться.

Чтобы герои предыдущих книг не исчезали после своего счастливого финала. Чтобы они продолжали жить, спорить, вмешиваться в чужие дела, смеяться друг над другом и оставаться рядом.

Наверное, именно за это я когда-то так полюбила семейные циклы исторических романов. Закрываешь одну книгу, открываешь следующую — и словно снова встречаешь старых знакомых.

«Леди в серебряной маске» — уже третья наша встреча с Бомонтами. И мне очень хочется, чтобы, открывая эту книгу, вы почувствовали то же, что чувствую я, возвращаясь к ним: «Ну вот, я снова дома».

Спасибо, что читаете.

Впереди у этой семьи ещё немало историй.

Ваша Надежда Ковалёва Наши новые герои

Бомонт-Холл, Беркшир. Ноябрь 1818 года

Николас, опоздавший почти на сорок минут, ещё не успел закончить первый тост, когда дворецкий объявил мисс Шарлотту Фэйрчайлд.

Она вошла не просто сердитая. Она была великолепно сердитая.

Светлые волосы скрывала дорожная шляпка, на щеке от холодного воздуха горел румянец, а в руках она держала бумаги с такой силой, будто собиралась ими задушить виновного.

С дороги на подоле ещё темнели брызги, и от перчаток пахло сырой кожей. Шарлотта остановилась всего на шаг за порогом, пока дворецкий принимал её плащ, но не воспользовалась этой паузой, чтобы отдышаться или оглядеться. Перед ней оказался длинный стол, серебро, кофейник, пять Бомонтов и две женщины, которых она знала лишь по нескольким визитам. Любой разумный человек, вероятно, почувствовал бы себя незваным. Шарлотта только крепче прижала бумаги к ладони.

Николас заметил эту собранность раньше, чем успел как следует рассмотреть лицо. Обычно люди, входившие в Бомонт-Холл сердитыми, хотя бы на секунду терялись от размеров комнаты, количества свидетелей или спокойствия Эдварда во главе стола. Мисс Фэйрчайлд, похоже, решила считать всё это мебелью. Слуга поставил перед ней стул, но она даже не взглянула на него. Разговор, очевидно, должен был состояться стоя.

— Кто из вас Николас Бомонт? — спросила Шарлотта.

Николас отложил нож, уже не улыбаясь.

— Зависит от того, зачем вы спрашиваете, — ответил Николас.

— Вы выиграли у моего отца долговое обязательство, обеспеченное Фэйрчайлд-парком, — сказала Шарлотта.

За столом наступила тишина, редкая для Бомонтов. Отложив салфетку рядом с недоеденным тостом, Николас поднялся и встретил её взгляд.

— Боюсь, да. Он поставил на кон подписанное обязательство. Если долг не будет выплачен, я смогу потребовать продажи части имения в счёт долга.

— Он был пьян.

— И всё же он подписал бумаги. Я не горжусь тем, что принял такую ставку.

Шарлотта подошла и положила бумаги перед ним.

— Здесь предложение о выплате долга частями.

Николас взглянул на цифры.

— Невозможно.

— Почему?

— Потому что при таких платежах потребуется лет пятнадцать.

— Тогда вам придётся научиться терпению.

Шарлотта скрестила руки.

— Так что с моим предложением?

Николас снова посмотрел на бумаги, потом на неё. Его обычная лёгкая улыбка стала внимательнее.

— Оно ужасно.

— Тогда придумайте лучше. У вас неделя.

Она повернулась и вышла прежде, чем кто-нибудь успел ответить.