Книга Раздевайтесь, вы приняты, страница 5 – Саяна Горская

— А что? Я ей об этом в ли­цо го­во­рю, — оправ­ды­ва­ет­ся Ва­ня. — Но она не оби­жа­ет­ся. Ей неко­гда. Она жрёт. Каж­дый день съе­да­ет все мои эк­ле­ры из ба­ра. Не на­па­сёшь­ся! Так что мне нуж­на све­жая кровь. Ну, Кра­са­ви­на? Что ска­жешь?

— Я фи­нан­сист, а не сек­ре­тар­ша.

— От­лич­но. Вот и по­счи­та­ешь, сколь­ко эк­ле­ров мне тор­чит Олень­ка.

Ту­пи­ца…

Насто­я­щий раз­дол­бай.

С си­лой вы­толк­нув воз­дух че­рез рот, раз­во­ра­чи­ва­юсь на пят­ках. Лад­но, я до­ста­точ­но на­смот­ре­лась этой кло­у­на­ды. Смыс­ла в даль­ней­шем мо­ём на­хож­де­нии здесь про­сто нет.

Де­лаю па­ру ре­ши­тель­ных ша­гов к две­ри.

— Эй, Кра­са­ви­на, а ты че­го на лы­жи вста­ла? — Ле­тит в спи­ну во­прос Ца­рен­ко, за­дан­ный с яв­ной лен­цой и при­су­щим ему по­фи­гиз­мом.

— Я до­мой. — Обо­ра­чи­ва­юсь, сжав гу­бы в стро­гую ли­нию. — Жаль, что не вы­шло, Фё­дор Сер­ге­е­вич. Ес­ли ва­кан­сия осво­бо­дит­ся, дай­те знать.

— А как же я? — Раз­во­дит ру­ки в сто­ро­ны Ва­ня и хва­та­ет­ся за оче­ред­ной ку­сок пиц­цы.

— А что — ты?

— То есть моё пред­ло­же­ние о ра­бо­те ты не рас­смат­ри­ва­ешь?

Стис­ки­ваю паль­цы на ре­меш­ке сум­ки.

Ра­бо­тать у Ца­рен­ко?

О, уволь­те!

Это он сей­час улы­ба­ет­ся, шу­тит и де­ла­ет вид, что ни­ка­ких древ­них ко­стей в на­шем об­щем шка­фу не ле­жит. Но я-то знаю, что он всё пом­нит. И на­вер­ня­ка ре­шит отыг­рать­ся за про­шлое, ес­ли я со­гла­шусь ра­бо­тать на него.

Нет.

Ка­те­го­ри­че­ски нет.

Ца­рен­ко в ро­ли на­чаль­ни­ка да­же пред­ста­вить страш­но!

Он же мне жиз­ни не даст. Он и в уни­вер­си­те­те кош­ма­рил ме­ня, хо­тя у него не бы­ло ни­ка­ких пол­но­мо­чий.

Те­перь бу­дут.

Нет уж, спа­си­бо.

Я, ко­неч­но, в от­ча­ян­ном по­ло­же­нии, но не на­столь­ко.

На­вер­ное…

Но несмот­ря на все свои убеж­де­ния, несмот­ря на уве­рен­ность в том, что от на­ча­ла и до кон­ца это пло­хая, от­вра­ти­тель­ная, ду­рац­кая идея, я стою на ме­сте и не ре­ша­юсь уй­ти.

По­то­му что во­все не его ме­лоч­ной ме­сти я бо­юсь. Я бо­юсь по­смот­реть до­че­ри в гла­за и при­знать, что у ме­ня ни­че­го не по­лу­чи­лось. Что я, как и пред­ре­кал быв­ший муж, ни на что не спо­соб­на без его по­кро­ви­тель­ства, и лишь зря ли­ши­ла ре­бён­ка пол­ной се­мьи, пусть она и во­все не бы­ла счаст­ли­вой.

— И что у те­бя за ком­па­ния? — Пы­та­юсь при­дать го­ло­су бес­страст­но­сти, что­бы Ца­рен­ко не по­нял, на­сколь­ко силь­но нуж­на мне ра­бо­та сей­час.

— Стро­и­тель­ство и внут­рен­няя от­дел­ка.

По­че­му-то пред­став­ляю се­бе ка­би­нет в под­ва­ле, кри­во при­би­тую таб­лич­ку с на­зва­ни­ем фир­мы, два ша­та­ю­щих­ся сту­ла. В уг­лу ку­лер без ста­кан­чи­ков, на под­окон­ни­ке дох­лый как­тус, а сам ге­не­раль­ный ди­рек­тор Ца­рен­ко И. А. раз­во­зит кли­ен­там пиц­цу меж­ду под­пи­са­ни­ем «круп­ных сде­лок».

И вот ту­да я сей­час устро­юсь со сво­им выс­шим фи­нан­со­вым об­ра­зо­ва­ни­ем?

Лич­ной по­мощ­ни­цей к Ива­ну?

— Тру­до­устрой­ство офи­ци­аль­ное?

— Ра­зу­ме­ет­ся.

— Зар­пла­та бе­лая?

— Бе­лая, зе­лё­ная, крас­ная. Бы­ва­ет да­же си­няя, ко­гда у ме­ня хо­ро­шее на­стро­е­ние. Ну, так что? Со­глас­на? — Вы­жи­да­тель­но та­ра­щит­ся мне в гла­за.

Нет.

Это пло­хая идея.

Ца­рен­ко ста­нет мо­им на­чаль­ни­ком, и я бу­ду за­ви­сеть от че­ло­ве­ка, пе­ред ко­то­рым ко­гда-то са­ма за­хлоп­ну­ла дверь.