Книга Мера преданности, страница 121 – Ребекка Яррос

— Я переживал, потому что все схемы были у папы. Мы часто это обсуждали.

Я присела, чтобы наши лица оказались вровень:

— Но ты их нашел?

— Да, они хранились у него в почте.

Я рефлекторно вцепилась в рубашку Гаса:

— Ты смог открыть его почту?

Гас кивнул, и его кудряшки подпрыгнули:

— Ну да. Его личный ящик. Ответить на секретный вопрос было легче легкого, а мама сказала, что у него везде один и тот же пароль.

Гас ускакал, а я, совершенно ошарашенная, осталась стоять в прихожей.

Из гостиной вышла мама, похожая на домохозяйку пятидесятых годов. Мы быстро обнялись, и она бросилась к телефону. Гас показал мне гигантский мост из спагетти, занявший почти весь кухонный стол.

— Вот это да, братишка! А ты постарался.

— Это самый крутой мост на свете! Интересно, какой вес он выдержит? — Глаза Гаса сияли.

Мама шикнула на нас, как делают все мамы, когда говорят по телефону, и провела пальцем по горлу. Мы с Гасом прыснули и притихли.

— Конечно, Хлоя, какие проблемы. У нас индейка. Приводи мальчиков, пообедаем вместе. — Мама замолчала и прислушалась. — Да какая разница, что на тебе надето. Приезжай, и все. — Она заглянула в комнату и посмотрела на часы. — Жду вас через пятнадцать минут. И чтобы никаких отговорок. — Мама с улыбкой повесила трубку. — Гас, поставь еще три прибора.

— Придет миссис Роуз? — Я достала тарелки с высокой полки и протянула Гасу.

Мама разгладила фартук — она так делала, когда не хотела показывать, что нервничает.

— У нее был расстроенный голос. — Мама с рассеянным видом помешала соус и достала из духовки индейку.

Я бросилась помогать Гасу.

— А что за миссис Роуз? — спросил он.

Я переложила вилку на правильную сторону и выровняла тарелку.

— Не помнишь? Ее муж служил вместе с папой.

В его глазах вспыхнуло узнавание:

— Помню! Мама Карсона и Льюиса?

— Да.

В гостиную вплыла Эйприл. Слава богу, не в новом платье. С тех пор как мама отвела ее к психотерапевту, она покончила с импульсивными покупками.

— Привет, Эмбер. — Она улыбнулась и села за стол.

— Помоги, раз пришла, Эйприл, — пропела мама.

Эйприл повела плечами:

— Что новенького?

Я прекрасно знала, на что и на кого она намекала.

— Никаких новостей, — ответила я.

— Поверить не могу, что ты просто позволила уйти такому…

— Эйприл! — Мой голос прозвучал резковато даже для меня. — Хватит.

— Кто-то должен сказать тебе правду. — Она пригладила волосы.

— А ты у нас теперь эксперт по отношениям?

Пару недель назад они с Бреттом снова сошлись. Честно говоря, я удивилась, что он на это согласился.

— Ты несчастна. — Сестра сверлила меня взглядом: видимо, решила во что бы то ни стало донести свою мысль. — Ты заслуживаешь счастья.

Я перестала злиться, и голос подобрел:

— Для счастья мне не нужен парень. Я с семнадцати лет постоянно с кем-то. В последние пару месяцев мне было нелегко, зато я смогла в себе разобраться. — (Эйприл скептически изогнула бровь.) — Нет, правда. Теперь я могу сама починить измельчитель для отходов, поменять покрышку, а вечер пятницы провожу с подругами или одна. Я скучала по Джошу и до сих пор скучаю — каждый день, но я должна свыкнуться с одиночеством. Только тогда я смогу быть с кем-то еще.

— Приятно смотреть, что вы так ладите, девочки. — Мама скептически посмотрела в нашу сторону и вручила мне хлебную корзинку.