Книга Сделка с миллиардером: Черный перец и ваниль, страница 34 – Мари Ли

Следующее утро началось совершенно не так, как я ожидала.

Спустившись на кухню в простом домашнем халате, я готовилась увидеть привычную пустоту — Руслан всегда уезжал в свой офис на рассвете, задолго до моего пробуждения. Но сегодня Багиров никуда не уехал.

Он сидел за кухонным островом из темного матового мрамора, уже одетый в строгий, безупречный костюм-тройку графитового цвета. Перед ним стояла чашка черного кофе, к которой он даже не притронулся, а рядом лежала плотная картонная папка на завязках.

Я замерла на самой нижней ступеньке парящей стеклянной лестницы, инстинктивно и нервно запахивая полы халата на груди, словно защищаясь от очередного удара.

— Доброе утро, — его голос прозвучал ровно, но в нем не было вчерашнего вымораживающего холода или высокомерия. В нем слышалась лишь глухая, беспросветная усталость человека, который не спал всю ночь. — Сделайте себе кофе и присядьте, Анна. Нам нужно поговорить.

Я напряглась, внутренне сжимаясь в пружину. Мой мозг уже лихорадочно перебирал варианты: новые, еще более жесткие условия контракта? Система штрафов? Или холодный, юридический разбор нашего вчерашнего инцидента в машине?

Молча, не проронив ни звука, я налила себе кофе из машины, подошла к острову и села напротив него, гордо и упрямо вздернув подбородок. Моя броня была на месте.

— Я слушаю.

Руслан молча пододвинул тяжелую папку ко мне по гладкой каменной столешнице.

— Откройте.

Я недоверчиво, с подозрением посмотрела на него, затем перевела взгляд на картон. Мои пальцы дрогнули, когда я развязала тесемки и открыла обложку.

Внутри лежала стопка документов с синими гербовыми печатями, чеками и цветными планировками какого-то коммерческого помещения. Мой взгляд скользнул по первым строчкам титульного листа, и я буквально поперхнулась воздухом, закашлявшись.

Это был официально зарегистрированный договор долгосрочной аренды с приоритетным правом последующего выкупа. Помещение на первом этаже нового, элитного жилого комплекса на Патриарших прудах. Панорамные окна, высокие потолки, идеальная планировка под зал и кухню. Это было именно то самое помещение, которое я две недели назад со вздохом добавила в закладки на своем стареньком ноутбуке, мечтая о собственной идеальной кофейне. Я закрыла ту вкладку, даже не смея надеяться на подобную локацию — цена за квадратный метр там была просто космической, недостижимой для меня.

— Что это? — я резко подняла на него ошеломленный, широко распахнутый взгляд. Сердце забилось о ребра. — Зачем вы копались в моем личном ноутбуке?

— Я не копался в ваших вещах, Анна. Это ниже моего достоинства, — невозмутимо, но мягко ответил Багиров. — Вы просто забыли закрыть нужные вкладки и таблицы, когда работали в кофейне внизу. А Марат — очень внимательный и исполнительный начальник охраны. Это его работа — замечать детали.

Он сделал паузу, глядя мне прямо в глаза. — Я внимательно прочитал ваш бизнес-план. Тот самый, над которым вы кропотливо работали последнюю неделю, сидя под охраной.

— И? — я сжала кулаки, пряча их на коленях под столом, чувствуя, как внутри стремительно закипает возмущение, смешанное с горьким разочарованием. — Решили купить мне дорогую игрушку, чтобы загладить вину за свои грубые слова? Или это такая щедрая плата за мое молчание и послушание? Я же русским языком сказала вам вчера, Руслан Викторович: мне не нужны ваши подачки! Я открою свою кофейню сама, на те деньги, что честно заработаю по истечении нашего контракта! Заберите это!