Книга Сделка с миллиардером: Черный перец и ваниль, страница 62 – Мари Ли

— Я сказал, блокируйте их чертовы счета! Все до единого! — рычал он в трубку.

Его голос был ледяным, жестоким, незнакомым. Таким, каким он был в самые первые дни нашего знакомства, когда он приказывал уничтожить Вадима. В этом голосе не было ни капли той нежности, к которой я привыкла. — Плевать на издержки, юристы всё покроют! Если этот старый идиот Степанович продал ей свой пакет акций в обход нашего соглашения, мы немедленно, сегодня же ночью выкупим долю миноритариев любой ценой! Диана не получит кресло в совете директоров. Она не зайдет в мою компанию. Я уничтожу их обоих, выжгу с рынка! Выполнять!

Он сбросил вызов, едва не сломав телефон пополам, и залпом, как воду, выпил виски из стакана.

Я замерла в дверях, не смея пошевелиться. Мое сердце рухнуло вниз. Он уже знал. И Диана была права — это была грандиозная корпоративная война.

— Руслан? — тихо, с надрывом позвала я, делая неуверенный шаг вглубь комнаты.

Он резко, как от удара током, обернулся. Его лицо было мертвенно-бледным, скулы заострились. А глаза...

В его серых глазах снова стоял тот самый непроницаемый, вымораживающий, смертоносный лед. Та самая пуленепробиваемая, многотонная броня, которую мы так долго, по кусочкам, мучительно снимали долгими ночами, снова была на нем. Застегнута на все пуговицы. Залита бетоном. Передо мной снова стоял безжалостный миллиардер Багиров, не знающий ни жалости, ни слабости.

— Аня, — сухо, отрывисто, абсолютно по-деловому произнес он, со стуком ставя пустой стакан на стеклянный стол. — Завтра с самого утра мы удваиваем твою личную охрану. Марат переходит в твое круглосуточное распоряжение. Из пентхауса ты выезжаешь только в кофейню и обратно. Без отклонений от маршрута. Никаких прогулок. Никаких встреч с посторонними.

— Она приходила сегодня ко мне, — выпалила я, делая еще один шаг к нему.

Мне до одури хотелось преодолеть это расстояние, обнять его, дотронуться до его груди, почувствовать биение его сердца и убедиться, что он всё ещё мой Руслан, а не эта ледяная статуя. — Диана была в кофейне, Руслан. Она говорила страшные вещи.

Мышцы на лице Багирова судорожно дрогнули. В глазах на микросекунду мелькнула неконтролируемая ярость, но он не сделал ни единого шага мне навстречу. Он остался стоять на месте, возводя между нами невидимую стену.

— Я знаю, — процедил он сквозь плотно сжатые зубы. — Марат доложил мне. Это было мое упущение. Больше она к тебе не подойдет ближе чем на километр, я об этом позаботился.

Он обошел стол, стараясь держать дистанцию, словно я была источником радиации. — Это бизнес, Аня. Грязный, жестокий, беспринципный бизнес, в котором нет правил. Мое прошлое нанесло удар в спину, и я должен с ним разобраться единственным доступным мне способом. Не лезь в это. Просто сиди здесь, занимайся своей кофейней и делай в точности то, что я говорю. Это ради твоей же безопасности.

Его слова ударили меня наотмашь, с силой пощечины.

Он не искал у меня поддержки. Он не пытался развеять те сомнения, которые Диана посеяла в моей душе. Он снова, одним махом, отодвинул меня далеко за линию фронта, превратив в хрупкую, бесполезную фарфоровую статуэтку, которую нужно запереть в бронированном сейфе, пока взрослые решают настоящие проблемы. Он отнял у меня право голоса, право быть его партнером.