Книга Сделка с миллиардером: Черный перец и ваниль, страница 85 – Мари Ли

— Аня... — он тяжело сглотнул, и ледяная броня миллиардера, наконец, со звоном осыпалась к моим ногам. Перед мной стоял просто мужчина. Бесконечно уставший и бесконечно виноватый. — То, что ты сейчас сделала... Ты спасла дело всей моей жизни. Ты спасла меня.

— Я спасала свое достоинство, Руслан, — мой голос предательски задрожал, и я опустила глаза, не в силах выносить его пронзительный взгляд. — Я доказала тебе, что я не ширма. Не проект. И не слабая девочка, которую нужно прятать. Я — партнер. Но, видимо, тебе такие партнеры не нужны. Тебе нужны те, кто беспрекословно подчиняется.

Я развернулась, собираясь уйти, но Руслан резко перехватил мою руку. Не жестко, как вчера, а с такой отчаянной, бережной мольбой, что мое сердце пропустило удар.

— Пожалуйста, — прошептал Багиров, притягивая меня к себе так близко, что я услышала бешеный стук его сердца. — Пожалуйста, не уходи. Я был идиотом. Тщеславным, слепым, напуганным идиотом. Аня... прости меня.

Его «прости меня» повисло в звенящей тишине зала заседаний. Эти два коротких слова, сорвавшиеся с губ человека, который привык отдавать приказы и никогда не оправдываться, ударили по мне сильнее, чем любые крики.

Руслан стоял так близко, что я чувствовала тепло, исходящее от его тела. Его большие, сильные ладони сжимали мои плечи — бережно, словно я была сделана из самого тонкого хрусталя. В его глазах плескалась такая обнаженная, отчаянная боль, что мне стоило огромных усилий не податься вперед, не уткнуться носом в его расстегнутый ворот рубашки и не забыть обо всем на свете.

Но запах гари, въевшийся в мои волосы, служил жестоким якорем, удерживающим меня в реальности.

— Простить — это не просто слово, Руслан, — мой голос дрогнул, но я заставила себя смотреть прямо в его потемневшие глаза. — Я люблю тебя. Боже, я люблю тебя так сильно, что мне самой от этого страшно. Но вчера вечером ты разбил мне сердце. Не тогда, когда отдал мою кофейню Диане. А тогда, когда решил, что имеешь право распоряжаться моей жизнью.

— Я сошел с ума от страха за тебя, — хрипло выдохнул он, прижимаясь лбом к моему лбу. Он закрыл глаза, словно одно воспоминание о пожаре причиняло ему физическую боль. — Когда я увидел огонь... Аня, я перестал дышать. Мой мозг просто отключился. Я видел только одну цель — спрятать тебя там, где никто и никогда до тебя не доберется. Я действовал как...

— Как диктатор, — тихо закончила я за него. — Как человек, который привык владеть, а не доверять. Руслан, я не смогу выжить в золотой клетке. Если каждый раз, когда наступает кризис, ты будешь высылать меня из страны и лишать права голоса, наша жизнь превратится в ад. Я либо твой партнер, либо твоя содержанка. Третьего не дано.

Багиров судорожно втянул воздух. Его челюсти сжались, на скулах заходили желваки. Я видела, какая титаническая борьба сейчас происходит внутри него. Весь его жизненный опыт, все инстинкты хищника кричали ему забрать свое, запереть, защитить любой ценой. Но он ломал себя. Ради меня.

Он медленно, с видимым усилием разжал пальцы и опустил руки. Отстранился на полшага. Этот крошечный разрыв дистанции дался ему тяжелее, чем многомиллиардная сделка.

— Что ты хочешь, Аня? — его голос звучал глухо, но абсолютно серьезно. Он признал мое право диктовать условия.