Книга Империя Эйернон. Подари мне счастье, страница 161 – Аля Герм

— Клянусь! — эхом отозвался седовласый валландарский старейшина, и в его глазах, привыкших к вечным сумеркам льда, блеснула слеза. — Клянусь от имени моего народа, что мы сложим оружие и протянем руку для труда во имя общего будущего!

Керсан и Нереид смотрели на это, стоя плечом к плечу. Он молча положил свою руку на её. Их клятва уже была дана. Не словами, а веками верности и готовностью взвалить на себя самое тяжёлое бремя.

Когда последний из советников отошёл, в зале вновь воцарилась тишина. Дагорн и Ниса стояли на возвышении, две короны под сводами, два начала, наконец-то объединённых в одно целое. — Народ Эйернона и Валландара! — провозгласила Ниса, и её голос, полный той самой душевной силы, о которой говорил Дагорн, понёсся над залом. — Сегодня мы не просто сменили правителей. Мы закрыли старую книгу и открыли новую. В ней ещё нет ни слов, ни страниц. Их предстоит написать нам всем. Вместе. Пусть же первым словом в ней будет не «завоевание», а «дом». Наш общий дом.

Она посмотрела на Дагорна, и он кивнул, сжимая её пальцы.

И тогда снаружи, с площади, донёсся оглушительный, сметающий все сомнения гул тысяч голосов. Этот звук врывался в зал через распахнутые балконы, затмевая звон хрусталя и шепот шёлков первый клич новой эпохи.

Когда последний возглас стих, Ниса и Дагорн не пошли к выходу. Они обменялись взглядами и пошли в глубь дворца, туда, где балкон выходил на внутренний сад, скрытый от глаз толпы.

Хассиан уже был там.

Он сидел на перилах, одна нога болталась в воздухе, бокал в руке наполовину пуст. Глаза не уставшие, а раздражённые, как у того, кто только что получил третий свиток с жалобой на «распущенных адептов».

— Ушли бы уже, — бросил он, не оборачиваясь. — Мне через три дня врата открывать, а у меня тут адепты устроили «ночь живых мертвецов».

— Ты всё ещё декан? — усмехнулся Дагорн. — Нет. Теперь я — нянька, папочка и соплеутёрщик в одном лице, — Хассиан наконец обернулся. — Кто знал, что Темный Престол включает в себя обязанности воспитателя детского сада?

Ниса прислонилась к колонне. — Что случилось? — Ничего особенного, — он махнул рукой. — Только один адепт вызвал духа Тьмы, чтобы тот помог ему выиграть в кости. Другой превратил библиотекаря в козу. Третья объявила себя Жрицей Новой Эры и требует жертвоприношений... из кухонных пирожков.

— И всё это пока ты был здесь? — Ага, — Хассиан махнул рукой, но в глазах не раздражение, а усталая усмешка. — Только отвернулся от Института Погибели на пару месяцев и всё. Адепты решили, что Договор Вельнора — это рекомендация, а не закон. Кого захочешь сами удачно до гибели доведут…

Ниса вздохнула. — Он опять наблюдает, — сказала она, глядя в небо, где млечный путь пересекался с чёрной тропой Нижнего Темного Мира.

— Конечно, наблюдает, — отозвался Дагорн. — Ведь Вельнор не тот, кто карает. Он тот, кто ждёт, пока мы поймём, что порядок не цепи, а основа.

Хассиан кивнул. — Именно. Он не требует поклонения. Он требует ответственности. Он прислонился к перилам. — А я его носитель в Нижнем Мире. Принц Теней. Хранитель Печати. А не нянька, что бегает за адептами с тряпкой.

— Но ты именно нянька, — улыбнулась Ниса. — Потому что если ты не уберёшь хаос, кто это сделает?

— Точно не Вельнор, — Хассиан усмехнулся. — Он создал миры, чтобы мы учились управлять ими. А не чтобы звать его, как ребёнок мать, когда пролил суп.