Книга Позолоченная месть, страница 121 – Лисса Мия Смит

На какое-то время она задержалась в реке, чтобы вода охладила ее полыхающие щеки. Один поцелуй ничего не значил. Поцеловать кого-то в ответ – это всего лишь инстинкт, совсем как ответная улыбка. А если их план увенчается успехом, она со спокойной совестью позабудет о Джеке и его «плохих решениях».

Уединение, в котором она так отчаянно нуждалась, подошло к концу. Калеб, Джимми и Мэри приближались к ней и тащили за собой Джека, который еще недавно пытался уплыть от нее как можно дальше.

Она снова окунулась в воду и, погрузившись как можно глубже, заорала изо всех сил.

— …гром вдалеке, – говорил Калеб, когда она вынырнула. Он покосился на нее с большим подозрением. – Не пора ли нам возвращаться?

— Дождик никому не повредит. – Джеку каким-то образом удавалось говорить совершенно непринужденно. – Или ты беспокоишься о прическе?

— С моей прической все в полном порядке. – Калеб повернулся к Джимми. – Расскажи ей.

Эмми замерла:

— О чем?

— Об адресах в шкатулке Грейс. – Джимми помрачнел. – Кажется, я понял, что они означают.

Из-за того, что Джек сначала чуть не погиб, а потом вдруг поцеловал ее, Эмми почти забыла об арсенале Грейс. Еще одно подтверждение того, что в оставшиеся пять дней ей требовалось сосредоточиться на том, что было по-настоящему важно.

— Объясни.

— Я подслушал разговор на кухне, когда ездил с Фонтейном к Виндзорам. – Джимми сжал губы. – Слуги говорили, что даже после ареста Клары к чародеям не вернулась прежняя сила. Дескать, слишком много людей пользуются мглой.

Эмми не следовало бы удивляться такому выводу. Даже если бы искусство было сильным как никогда, элита все равно нашла бы способ обвинить во всем мигрантов.

— А при чем тут адреса?

— Оказывается, – начал Джек совершенно непринужденно, будто не целовал ее только что, – пока мы томились в Гримсбейне, канцлер выдвинул предложение: запретить использование мглы для всех, кроме членов Общества. Но хранитель Виндзор был категорически против.

«Они крадут нашу мглу! – крикнула миссис Страттон хранителю Виндзору, когда Генриетта сломала шею. – Сколько еще чародеев должны погибнуть, прежде чем вы наконец-то позволите моему мужу принять меры?»

— Но как он собрался ограничить использование мглы? И при чем здесь… О нет.

У Грейс был список адресов и целая куча украшений, напитанных искусством, которое не встречалось в Обществе.

— Возможно, она помогает канцлеру, – мрачно сказал Калеб. – Она вполне могла позаимствовать дар Оливера. И теперь ездит по городу, запечатывая искусство тех, кому не повезло оказаться в списке канцлера.

К горлу Эмми подступила тошнота.

— А полезное искусство добавляет в свою коллекцию, – процедила она. Неудивительно, что Грейс все лето где-то пропадала. Ее дядя был бы в ярости, узнав, что она помогает канцлеру претворить в жизнь его отвратительный план. Но Грейс была готова рискнуть, чтобы заполучить одобрение Страттона.

«Мы обе знаем, кому на самом деле принадлежит власть в Пинакл-блафс», – заявила Грейс после того, как рассказала о своей грядущей помолвке с Оливером. Что ж, по крайней мере этому плану они положили конец.

— Если на балу мы расскажем ее дяде всю правду, – медленно проговорил Джимми, – то, возможно, сумеем покончить и с ней, и с канцлером. Мы сможем их одолеть. Завтра же.