Книга Второй брак императрицы. Том 1, страница 68 – Alphatart

Интересно, было бы лучше, если бы принц Хейнри и Рашта с самого начала были вместе?

От этой внезапной мысли у меня на мгновение заныло сердце, но почти сразу я отбросила её прочь. Если бы не Рашта, Совьешу рано или поздно привёл бы кого-нибудь другого.

— Странно. Сейчас принц Хейнри уже не оказывает леди Раште тех открытых знаков внимания, что были минуту назад, – снова прошептала принцесса Соз.

На этот раз я не стала смотреть в их сторону. Вскоре один за другим начали подтягиваться остальные приглашённые, и в мгновение ока все места оказались заняты. Стоявшие в ожидании слуги принялись разносить блюда. На столах разместились кныши, мюскаде, свежий сельдерей, лосось с картофелем и курица, тушёная в вине.

Посреди трапезы раздался оглушительный резкий звук. В столовой воцарилась мёртвая тишина. Я удивлённо подняла глаза и увидела, что Совьешу пристально смотрит на принца Хейнри, а его золотой кубок лежит опрокинутым на тарелке. Все затаили дыхание, наблюдая за ними.

— Это неприлично, принц Хейнри, – процедил Совьешу.

— Неприлично? Не понимаю, о чём вы. Разве неприлично указать даме на несоответствие её слов её же собственным письмам, которыми, как она утверждает, мы с ней обменивались? Или, по-вашему, приличнее терпеть обман леди Рашты, а потом исподтишка делать ей намёки?

— Принц Хейнри. Я просил вас следить за словами.

— А вы лучше попросите об этом вашу фаворитку.

В ответ на возмущённый и одновременно недоумённый взгляд Совьешу принц пояснил:

— Это чрезвычайно неприятно. Что в случае со служанкой, что с её госпожой, леди Раштой. Вы что, не уважаете Западное королевство? Или лично меня? Или, быть может, данные обещания?

Судя по всему, спор разгорелся из-за того, что Рашта не всё знала о содержании писем. Сама она сидела молча, с широко раскрытыми глазами, а принц Хейнри, откинувшись на спинку стула, холодно взирал на Совьешу.

— Ах… Ваше Величество Император, неужели это вы ей поручили? Хотели как-то использовать меня?

— Принц Хейнри!

Лицо Совьешу исказилось от гнева, но принц Хейнри удерживал равнодушное выражение.

Рашта всхлипнула:

— Рашта уже говорила вам, что она немного растерялась. Разве содержание писем – не такая вещь, в которой можно запутаться?

— А Хейнри уже говорил вам, что перепутать половину содержания – это не просто «запутаться».

Принц Хейнри передразнил манеру Рашты говорить о себе, от чего лицо Совьешу побагровело ещё сильнее. Принцесса Соз, казалось, находила происходящее крайне забавным; отложив вилку, она принялась с хрустом поедать печенье, уставившись на них, словно созерцала театральное представление.

— Ах… Понимаю. Неужели леди Рашта… не отличается умственными способностями? Настолько, что забывает половину из услышанного? В таком случае – я приношу свои извинения.

Атмосфера в зале мгновенно накалилась до предела. Слышался лишь хруст печенья, которое упоённо поглощала принцесса Соз. С её прямым и бесхитростным нравом, она даже не пыталась скрыть жгучее любопытство.

— Дамы и господа, разве я веду себя странно? Сидящая здесь леди Рашта сама назвалась вчера моей собеседницей. Я, будучи уверенным, что особа столь известная не станет лгать, с готовностью поверил ей. И весь последующий день я испытывал лишь глубочайшее почтение к своей дорогой подруге. Как метко выразилась принцесса Соз, я и впрямь был мягок, как сладкая булочка с кремом.