Книга Сера, страница 126 – Калли Харт

Я чокнулся с ним.

— Не за что, Свифт.

Мы оба выпили мое варево и тут же начали биться в конвульсиях.

Мои кости были сломаны. Все до единой. Они царапали плоть неровными краями. В желудке бурлила кислота, глаза жгло так сильно, что я почти жалел, что не ослеп.

Но я был жив.

— Ты когда-нибудь просыпался… и думал… «Боги, как было бы хорошо, если бы я не столкнулся нос к носу с демоном-скорпионом из ада»? – прохрипел Кэррион.

— Ха! – Я прижал здоровую руку к солнечному сплетению, чтобы проверить, не ослабит ли давление колющую боль. Не помогло. – Чаще, чем мне хотелось бы.

Мы растянулись на полу среди битого стекла и разрушенной мебели. И пролежали здесь не меньше часа, дергаясь в конвульсиях и пуская пену. Должно быть, сегодня богини судьбы были особенно злы, потому что мы оставались в сознании все время, пока противоядие делало свое дело.

Я медленно закрыл глаза.

— Как ты себя чувствуешь?

— Дерьмово, – ответил Кэррион. Но его голос звучал увереннее. И дыхание не было таким тяжелым, как двадцать минут назад.

— А ты? – спросил он.

— Дерьмово, – согласился я.

— Ты все еще видишь мертвецов?

Я помедлил с ответом, а затем произнес:

— Нет.

— Я тоже.

— Поздравляю.

— Спасибо. Ценю это. – Он пошевелился, под ним хрустнуло битое стекло. – Если я пролежу еще какое-то время, то отключусь. А я не хочу делать это здесь.

— Я тоже.

Кэррион застонал, медленно сел, а затем каким-то чудом поднялся на ноги.

— Тогда давай. Пошли.

Я открыл глаза и увидел, что он снова протягивает мне руку. Во второй раз за неполные двадцать четыре часа я позволил Свифту помочь мне встать на ноги. Но на этот раз мне было слишком плохо, чтобы хмуриться из-за этого.

— Осторожно. В последний раз, когда я был дома, в моей постели спала барменша. Вполне возможно, она все еще здесь. – Кэррион пригнул голову и, юркнув в окно, которое только что взломал, исчез в темной комнате.

Я был мокрым от пота. По словам Свифта, сегодня во время Расплаты было не так невыносимо, как обычно, но жара стояла адская. Тем не менее передвигаться по пустынным улицам Третьего округа стало легче. Местные жители знали, что в самую жаркую часть дня стоит поискать тень. В это время жизнь замирает, и те, кто поумнее, находят место, где можно отдохнуть несколько часов.

Я последовал за Кэррионом, запрыгнул в окно и тут же пожалел, что поторопился и не прижал к груди сломанную руку. В комнатах стояла тишина. Мебели было немного. Стул. Стол. Кровать. Крошечная кухня, где на стойке расположились аккуратно сложенные чистые кастрюли. В гостиной на шатком столике Кэррион обнаружил записку. Он поднял ее и прочитал, затем скомкал и бросил в ведро в углу комнаты.

— Барменша? – спросил я.

Он шумно фыркнул, усмехнувшись:

— Да. Теперь мне официально запрещено появляться в «Пыльном крабе».

— Какой ужас.

— Я переживу. – Контрабандист хмыкнул. – Хотя у них лучшее виски в округе. Кстати об этом… – Он направился на кухню. Дверцы шкафчика со скрипом открылись и с грохотом закрылись. Когда Свифт вернулся, в руках у него были два хрустальных бокала, наполовину наполненных янтарной жидкостью. Он не спросил, хочу ли я выпить. После того, что мы только что пережили, даже священник, строго придерживающийся своей морали, не отказался бы от виски. Я взял бокал и опрокинул в себя спиртное, Свифт сделал то же самое.