Книга Двуликие: Дева Завесы, страница 138 – Алекс Джиллиан

Тяжело выдохнув, Владыка отстранился. Пламя в его взгляде вновь спряталось за непроницаемой личиной самоконтроля. Он одернул полы бархатного камзола, словно смахивая с них невидимую пыль.

— Идем, — бросил он уже спокойно. — Я обещал показать тебе цитадель, а Аскары не бросают слов на ветер.

Он уверенно зашагал по коридору, не сомневаясь, что она последует за ним. Мира бросила последний взгляд на умирающий город на холсте и поспешила следом, чувствуя, как тяжелый подол платья путается в ногах. Ее вновь охватила слабость, а звонкий стук каблуков действовал на нервы.

А самое обидное заключалось в том, как ловко князь ускользнул от прямого ответа на ее вопрос, скатившись к гнусным двусмысленным намекам. И почему-то Мира была уверена, что под тем, что не стоит пробуждать, Верховный имел в виду отнюдь не Аскарота. Его-то он как раз жаждал разбудить…

Они миновали несколько глухих переходов, прежде чем Кайрос толкнул очередные массивные двери. Тяжелые створки подались на удивление бесшумно. Мира шагнула внутрь и замерла, пораженная открывшимся зрелищем.

Пространство за дверями обернулось необъятной оранжереей под стеклянным куполом. Но здесь не пахло влажной землей, не цвели душистые травы и не зеленели кроны деревьев. Весь сад предстал искусно созданным миражом.

Стволы деревьев, выкованные из черного матового железа, сплетались в причудливые узоры. Вместо листьев на ветвях мерцали тысячи драгоценных камней: изумрудная зелень, рубиновый багрянец, сапфировая синева. Лепестки навечно застывших цветов оказались выточены из тончайшего горного хрусталя и обсидиана.

— Зал Спящего Сада, — негромко произнес Кайрос, пристально наблюдая за реакцией гостьи. — Мы не можем выращивать здесь живые цветы. Поэтому воссоздали их из камня и света, чтобы не забыть, как выглядит настоящая жизнь.

Мира осторожно коснулась хрустального бутона розы. Искусственная, бездушная красота обдавала пальцы мертвым холодом, но одновременно вызывала щемящую тоску. В этом саду отражалась суть самих Аскаров — могущественных, ослепительных, но лишенных истинной жизни.

— Это потрясающе… и ужасно, — честно призналась она.

Кайрос промолчал. Скупо кивнул и указал на винтовую лестницу из белого мрамора, ведущую на ярус выше.

Они поднялись на просторную открытую террасу, нависшую прямо над внутренним ущельем замка. Отсюда открывался головокружительный вид на изломанные черные скалы и бурный поток Стеклянки в самом низу.

Посреди террасы стоял небольшой стол из темного дерева, сервированный серебряной посудой. Воздух полнился ароматом жареного мяса, терпких специй и спелых фруктов.

Владыка отодвинул массивный резной стул, жестом приглашая девушку присесть. В неожиданной галантности монстра сквозила изощренная издевка.

— Садись, Мирослава, — вкрадчиво приказал Кайрос, занимая место напротив неё. — Ты заслужила свой завтрак. И поверь, для выживания на следующих состязаниях тебе понадобятся все силы, какие только сможешь почерпнуть.

Мира осторожно опустилась на предложенный стул. Желудок предательски свело от аппетитных запахов, но она не спешила прикасаться к столовому серебру. Во-первых, девушка попросту не умела пользоваться всеми этими вычурными приборами и до дрожи в коленях боялась выставить свое невежество и полное отсутствие светских манер напоказ. В глухой деревне, где она выросла, хлеб ломали руками, горячую похлебку и кашу черпали щербатыми деревянными ложками, а грубо выточенные ножи использовали исключительно для разделки туш.