Книга Княгиня Заречная. Дом жениха выбрал другую, страница 71 – Виктор Громов

— Я никого не увожу.

Михаил сказал:

— Особенно меня.

— Прекрасно. Теперь вы оба будете спорить о формулировках.

— Именно это обычно спасает имущество, — заметил Кривцов.

Андрей посмотрел на него с усталостью.

— Вы тоже едете?

— Разумеется.

— Почему я вообще спросил?

Михаил положил перед двоюродным братом распоряжение.

— На время отсутствия текущий порядок не меняется.

— Я знаю.

— Никаких новых полномочий.

— Знаю.

— Если узлы потребуют…

— Михаил.

Андрей замолчал. Несколько секунд они смотрели друг на друга. Потом Андрей произнёс:

— Я не собираюсь отбирать у тебя дом.

— Я знаю.

— Тогда перестань каждый раз составлять инструкции так, будто собираюсь.

Михаил ответил не сразу.

— Я составляю их не для тебя.

Вот это Андрей понял. Варвара тоже. Проблема уже давно заключалась не в личной верности одного родственника другому. Система начала сама искать запасные решения. Если Михаил исчезал из схемы, кто-то должен был заполнить место.

Так привык современный Север. Пустой центр пугал его. А старая система, судя по всему, была построена именно на том, чтобы никто не имел права заполнить его полностью.

— Вернитесь до завтрашнего вечера, — сказал Андрей.

— Постараемся.

— Это слово мне не нравится.

— Теперь вы понимаете меня, — сказала Варвара.

До крепости добрались к концу дня. На этот раз она встретила их иначе. Когда Елизавета приложила печать к знаку пустого круга, ворота открылись сразу. Не на ширину одного человека, как в прошлый раз. Полностью.

Михаил остановился.

— Раньше так не было.

— Раньше я впервые сюда пришла, — сказала Елизавета.

— Или система ещё не знала, что делать с нами, — предположила Варвара.

Кривцов посмотрел на неё.

— Системы обычно знают меньше, чем люди им приписывают.

— Родовые системы тоже?

— Особенно родовые. У них просто хорошая репутация.

Елизавета вошла первой.

Бажен недовольно выдохнул.

— Я хотел первым.

— Простите.

— В следующий раз не извиняйтесь. Просто не делайте.

Варвара почти улыбнулась. Они прошли знакомый двор. Архив. Каменную карту. Семь гербов.

Пустой центр. Ничего не изменилось. Но теперь у Михаила была запись Тараса Клеменьева. Он подошёл к дальней стене.

— Если маршрут начинается здесь…

Елизавета развернула копию. Первый знак указывал не наружу. Внутрь. Бажен прошёл вдоль стены.

— Здесь нет прохода.

— Сейчас, — сказал Михаил.

Он положил ладонь на Северинский знак. Ничего. Елизавета приложила печать к Белогорскому. Белый свет прошёл к пустому кругу. Остановился.

— Опять не хватает голосов, — сказал Кривцов.

Варвара вспомнила строку: «Дом закрыт до живого возвращения голоса». Не голосов. Одного.

— Елизавета, уберите печать.

Та подчинилась.

— Теперь только вы.

— Но только что…

— Не знак дома. Вы.

Елизавета нахмурилась.

— Не понимаю.

— В первый день вы всегда подтверждали себя печатью. Имя, кровь, право. А если здесь нужен не предмет?

Кривцов посмотрел на Варвару.

— «Живой голос».

— Именно.

Елизавета медленно подошла к пустому кругу. Положила ладонь не на Белогорский герб. В самый центр.

— Что говорить?

— Правду, — сказала Варвара.

— Очень удобно.

— Уже заразились.

Елизавета закрыла глаза.

Потом произнесла:

— Елизавета Аркадьевна Белогорская. Последняя известная наследница дома. Я пришла не требовать чужое. Я пришла узнать, что принадлежало моим.