Книга Тени теней, страница 74 – Игорь Шанин

Демон появляется на фоне серого потолка, черное дымное лицо с бездонными провалами глаз совсем близко.

— Тут все время так, — говорит хриплый голос. — И никогда не знаешь, что будет дальше.

Змеи сжимают туже и туже, ребра хрустят, перед глазами темнеет. Беспомощно открывая и закрывая рот, я различаю, как стены спальни разваливаются, потолок осыпается тяжелыми кусками прямо на меня, но нет ни боли, ни страха, только сгущающаяся темнота.

А потом свежий воздух неожиданно заполняет легкие. Один вдох, второй, третий.

Открываю глаза. Я на середине моста, сразу его узнаю — тот самый, где закончилась история четырех школьников двадцать лет назад. Сейчас тут ни машин, ни шума реки, только тишина, прохлада и низкое серое небо.

Неуверенно поднимаюсь на ноги. Черные мушки еще мельтешат перед глазами, но их все меньше и меньше. Пошатываясь и машинально стряхивая с себя несуществующих змей, я ухожу с проезжей части, чтобы подойти к перилам и посмотреть вниз. Река, всегда бурная, теперь застыла будто на паузе. Вода похожа на неровное стекло, волны и всплески как будто выполнены из хрусталя искусным мастером. Свет преломляется, рассыпается миллионами искр, и так до самого горизонта. Вся река напоминает гигантское алмазное ожерелье, зажатое меж каменистых берегов.

— Ты пришла, Диана, — раздается за спиной.

Испуганно оборачиваюсь. По дороге шаркает древний старик в помятой клетчатой рубашке и выцветших брюках. Лицо — миллион морщин, зеленые глаза выглядят как самоцветы, упавшие в частые складки шелка. Белые волосы обрамляют виски, плешь на макушке похожа на необитаемый остров. Старик тяжело опирается на трость, каждый шаг выглядит настоящим подвигом.

Не свожу с него удивленного взгляда, пока подходит ближе. Ветерок доносит запах застарелого пота и дешевого табака.

— Диана, — печально тянет он скрипучим голосом, разглядывая меня как драгоценность на витрине, прекрасную, но слишком дорогую.

— Вы кто? — спрашиваю.

Дед качает головой и делает еще один мучительный шаг. Спина согнута вопросительным знаком, но он все равно немного выше меня. Когда говорит, во рту видно темные гнилые зубы и язык с желтоватым налетом:

— Как ты могла меня не узнать?

— Я вас никогда не видела.

Это все проделки демона. Что бы он ни задумал, нельзя поддаваться.

— Видела тысячу раз, — возражает старик.

Едва сдерживая брезгливую гримасу, рассматриваю пучки волос в его ушах и старческие пятна на лбу. В голову не приходит ни одного знакомого такого возраста.

— Вы обознались, — говорю. — Перепутали меня с кем-то.

Старик грустно улыбается:

— Ты говорила, что жизнь за меня отдашь. Как я могу тебя с кем-то перепутать?

Сердце разбивается мелкими острыми осколками от внезапного озарения:

— Макс?

Он медленно кивает, не сводя с меня зеленых глаз. И как я сразу их не узнала?

— Ты… Как так получилось, что… — лопочу. — Что с тобой произошло?

— То, что со всеми однажды происходит, — отвечает Багров. — Никому не убежать.

Затаив дыхание, рассматриваю его с разбуженной внимательностью. Мои любимые сильные руки выглядят сухими палками под тканью рубашки. Моя любимая щетина стала редкой седой порослью, неровно выбритой трясущимися руками. Мое любимое скуластое лицо теперь похоже на чернослив, забытый в самом дальнем углу шкафчика со сладостями. От моих любимых черных густых волос почти ничего не осталось.