Книга Катакомбы Парижа, страница 107 – Джереми Бейтс

— И больше ничего?

— Еще это. — Катя протянула ему красный свитер.

— Остальные смотрела?

— Нет, честное слово!

Он бросил рюкзак в сторону и протянул дочери руку. Та взяла ее, и Золан помог ей подняться и чмокнул в щеку.

— Прости, что накричал на тебя, мышонок, — вздохнул он. — Но ты же сама понимаешь, что нельзя было сюда входить, раз меня здесь нет. Все эти правила существуют не просто так. Без них не было бы порядка, а без порядка настанет хаос.

— Прости, папа. Я больше никогда не буду так делать.

— А гостей бояться нечего. Они прикованы в Темнице. И никуда не смогут пойти, пока я этого не захочу.

Кате захотелось спросить, куда подевалась женщина, потому что в Темнице были только Уилл и другой мужчина, однако так она бы выдала, что навещала узников. Поэтому девушка поинтересовалась:

— А что с ними будет?

— Когда я поговорю с ними и буду уверен, что они не несут угрозы нашему дому, я верну их зуда, откуда они пришли. Как я поступал и с другими гостями.

Скажи это отец Кате несколько часов назад, она бы всецело поверила ему. Ей и сейчас очень хотелось поверить, вот только уже не получалось.

Она уже ни в чем не верила ему.

— Что ж, — проговорил мужчина, прикрывая кулаком зевок, — до кукареканья Колина еще остается время. Если хочешь, можешь лечь со мной.

— Нет, мне уже лучше. Я вернусь к себе.

С этим девушка двинулась к двери.

— Катя?

Она замерла.

— Да?

— Я люблю тебя. И никому не позволю причинить тебе вред.

— Я знаю, папа, — отозвалась Катя, отчаянно борясь с подступающими слезами. — Я знаю.

В «комнате» Даниэль только и оказались, что гамак, пластиковый столик для детей возраста лет четырех, свечка на керамической тарелке да книжечка картонных спичек. Когда Золан проводил ее сюда, она выждала пару минут, чтобы старик гарантированно удалился, и осторожно выглянула за дверь. Коридор освещался факелами, установленными в настенных держателях, и метрах в двадцати справа (слева проход резко обрывался тупиком) девушка увидела двух зомбаков. Один просто стоял, прислонившись к стене и постукивая боевой костью себе по лбу. Другой расхаживал туда-сюда, при каждом развороте ритуально прикасаясь к стене указательным пальцем руки или большим ноги.

Похоже, делать все, что захочется, она все-таки не вольна.

Естественно, не вольна, тут же подумала Даниэль. С чего она вообще повелась на идиотское обещание?

Девушка собралась с мужеством и направилась в сторону зомбаков. Она решила выяснить границу отведенной ей свободы, а кроме этого ей необходимо было отыскать место, чтобы облегчиться.

Расхаживающий зомбак остановился, так и не оторвав левый указательный палец от стены — со стороны выглядело так, словно он нажимает на кнопку дверного звонка. Он уставился на Даниэль, однако прочесть какое-либо выражение на его уродливой физиономии было невозможно. Другой зомбак тоже воззрился на девушку и лизнул конец кости. Даниэль не поняла, было ли это сексуальным намеком или же бессознательным действием, но ей определенно захотелось развернуться и укрыться в своей комнате.

И все же она не сделала этого. В душе ее не оставляла уверенность, что Золан настрого запретил им прикасаться к ней. Однако вопрос сводился к следующему: послушаются ли они его? Ведь если кто и делает, что ему вздумается, так это чертовы зомби, не так ли?!