Книга Убийство в книжном, страница 50 – Анита Дэвисон

— В каком смысле – странно? – нервно поинтересовалась Ханна.

— Она не вдавалась в детали. Просто сказала, что он стал скрытным. Возвращался домой поздно вечером, ничего не объясняя. В таком роде. Но это продолжалось несколько недель.

— Ты уверена? – жестко спросила Ханна.

О способности Мэри Юэлл раздуть из ерунды целую историю ходили легенды, хотя, надо отдать ей должное, в ее болтовне никогда не было злого умысла.

— Вот не надо грубить, – надула губы Мэри. – Я удивлена, что ты ничего не знаешь, ты же была ее лучшей подругой. – Она лукаво улыбнулась, со всей очевидностью наслаждаясь мимолетным чувством превосходства.

— Ты рассказала полиции?

— А должна была? – Мэри снова в манерном отчаянии сжала ворот. – Что ж, мне пора идти, – произнесла она так, словно это Ханна задерживала ее, а не наоборот. – Мы с Робби хотели выразить Кавану соболезнования.

— Да, разумеется. – И, конечно, собрать как можно больше сплетен, судя по всему. – Мэри, подожди минутку. – Ханна очень кстати вспомнила о сплетнях. – Не знаешь, что за женщина пришла с Каваном?

— Дорогая, ты вообще меня слушала? – обернувшись, посетовала Мэри, и с улыбкой последовала за мужем.

Лишившись собеседника, тетя Вайолет вернулась к Ханне.

— У нас прибыло тайн и загадок вроде той, с подружкой Кавана? Или Мэри просто была Мэри?

— Пожалуй, всего понемногу.

Ханна не знала, что и думать, пока они с тетей рука об руку покидали кладбище и добирались до особняка Сомсов: внушительного четырехэтажного здания из красного кирпича, высившегося на углу напротив церкви. Ворота венчал ажурный кованый гребень с фонарем. На прочной черной парадной двери, располагавшейся между двумя каменными вазонами, висел начищенный до блеска медный молоток в виде жезла Асклепия, обвитого змеей, – дань уважения врачебной профессии мужа Лили-Энн.

Открыв дверь, собравшихся подобострастно приветствовал дворецкий Сомсов, Хеммингс, худощавый, сутуловатый мужчина, который походил на гробовщика больше, чем иной настоящий гробовщик.

Инспектор Фаррелл с непроницаемым видом наблюдал за Каваном Сомсом. Скорбящий вдовец, окруженный восторженными дамами средних лет, отвечал на соболезнования. Лицо его выражало страдальческое смирение. Женщина в густой вуали все так же держалась рядом с ним. Лицо ее по-прежнему нельзя было рассмотреть, однако стройная фигура и грациозные движения наводили на мысль, что она молода.

— Хотела бы я знать, кто она.

— Если только ты не планируешь прищемить дверью ее вуаль, сомневаюсь, что тебе сегодня повезет. Я, конечно, последний человек, который стал бы осуждать мужчину, притащившего любовницу на похороны жены, однако он мог бы проявить больше осмотрительности. – Тетя Вайолет сдержала ухмылку, когда они подошли к инспектору Фарреллу и сопровождавшему его полицейскому в форме.

Оба стояли немного в стороне от остальных скорбящих, почтительно прижимая головные уборы к груди.

— Не ожидала увидеть вас здесь сегодня, инспектор, – сказала Ханна, и его хмурую физиономию озарила сияющая улыбка, когда он поздоровался с ней.

Ханна вынуждена была признать, что Фаррелл в самом деле довольно привлекательный мужчина. И, если судить по кокетливым взглядам, тетушка вполне разделяла ее мнение.

— Никогда не знаешь, что можно обнаружить на похоронах жертвы, мисс Меррилл, – ответил он. – По моему мнению, виновные часто переигрывают. – Он бросил быстрый взгляд на Кавана, по-прежнему окруженного свитой, и добавил: – Боюсь, мы пока не нашли мистера Карстейрса. – И он явственно скрипнул зубами, что показало, как сильно он раздражен этим фактом.