Книга Муж проиграл меня в карты, страница 8 – Алёна Мэй

Я не помнила, когда последний раз хотела мужчину. Я вообще забыла, что это чувство существует. Думала, что со мной что-то не так, что я холодная, что во мне умерло что-то важное. Кирилл тоже так думал. Он говорил мне, что я фригидная и что с такой женой никакой мужик не выдержит.

А сегодня этот мужчина коснулся моей щеки, и во мне что-то отозвалось. Не в голове. В теле.

Я встала, накинула халат и вышла в коридор. Спустилась на первый этаж, дошла до кухни, налила воды. Сон не возвращался. Я стояла у окна и смотрела на тёмный двор, пока не заметила полоску света из-под двери библиотеки.

Я могла пройти мимо. Могла вернуться в комнату и лечь. Но я не хотела врать себе. Я хотела узнать, что будет, если я сделаю шаг. Не ради него. Ради себя. Ради той части меня, которая пять лет молчала и сегодня впервые подала голос.

Я толкнула дверь.

Максим сидел в кресле у камина. Огонь почти погас, только угли тлели красным. В руке у него был бокал. Он не обернулся, хотя слышал, как я вошла.

— Ты не спишь, — сказал он.

— Как и вы.

— Я всегда плохо сплю.

Он повернул голову и посмотрел на меня. Взгляд у него был тяжёлый, не сонный, а какой-то тёмный. Я поняла, что он пьёт не первый бокал.

— Что ты здесь делаешь? — спросил он.

— Пить хотела, увидела свет.

— И решила зайти.

— Да.

Он смотрел на меня долго. Я стояла в дверях, в халате, с распущенными волосами, и не отводила глаз.

— Зачем? — спросил он.

— Хотела понять, зачем вам всё это: я, разговоры, правила. Если бы я была для вас просто долгом, вы бы не сидели со мной за столом и не спрашивали бы обо мне.

Он отставил бокал и медленно поднялся.

— Ты правда хочешь знать?

— Да.

Он остановился в шаге от меня. Я видела его глаза, тёмные, с янтарными искрами при свете огня.

— Я хочу тебя, — сказал он просто. — С первой минуты, как увидел. Но я не беру то, что не хотят отдать добровольно.

— А если я не хочу?

— Тогда я буду ждать, — ответил он без всякого выражения, как будто говорил о чём-то, что давно решил.

— И сколько вы готовы ждать?

— Столько, сколько понадобится. Это ничего не изменит.

Его спокойствие раздражало меня больше, чем угрозы.

— А если я никогда не захочу?

— Тогда вы уедете, и я вас не трону. Я не буду держать вас силой, если вы решите, что не хотите оставаться.

Он сказал это без пафоса и без давления, как говорят о том, что уже давно решено. И именно это меня сломало. Не его слова о желании, не его близость, а это спокойное, твёрдое «я буду ждать», как будто он был уверен, что рано или поздно я приду сама.

Я стояла и смотрела на него, и внутри меня боролись два чувства. Злость на то, что он так уверен в себе. И то самое тепло, которое разлилось по телу от одного прикосновения к щеке и никуда не ушло.

Я думала о том, что если сейчас развернусь и уйду, то вернусь в свою комнату, лягу в постель и снова буду той женщиной, которой меня сделал Кирилл. Холодной, неживой, пустой. А я больше не хотела быть такой. Я хотела почувствовать себя живой. Хотя бы раз. Хотя бы с этим мужчиной, который смотрит на меня так, будто я чего-то стою.

— А если я устала ждать? — спросила я, и голос сорвался на хрип.

Он замер.

— Ты понимаешь, что говоришь?

— Понимаю.

— Если ты сейчас скажешь «да», обратной дороги не будет. Я не из тех, кто отпускает.